Уважаемый посетитель!
Извините, что я обращаюсь к Вам с просьбой!
Этот замечательный портал существует на скромные пожертвования читателей и я, Дамир Шамараданов, буду Вам очень признателен, если Вы окажете посильную помощь этому ресурсу.
Ваши денежные средства послужат дальнейшему наполнению сайта интересными, полезными и увлекательными материалами.
Можно перечислить любую суммe, хотя бы символическую.
БЛАГОДАРЮ ЗА ПОНИМАНИЕ!


Георгий Павлович Тушкан — Черный смерч — Глава XX. На одном из тысячи островов

Георгий Павлович Тушкан - Черный смерч (БПНФ), читать онлайн, скачать fb2Оглавление.

Глава XX. На одном из тысячи островов

1

Скандал — или, как выразился Джим Лендок, сенсация — произошел на острове. После осмотра объеденных жуками кофейных деревьев плантации, расположенной посреди тропического леса, Сапегин предложил каждому члену комиссии собрать по сотне жуков. На это не потребовалось много времени.

Когда все сошлись, каждый с мешочком собранных жуков, и стали высказывать недоумение по поводу столь категорического требования советского ученого, Сапегин показал аппарат.

— Вы все знаете, — сказал он, — что такое меченые атомы. В присутствии радиоактивных солей этот аппарат, «счетная установка типа Б», реагирует на них. Пусть каждый оставит собранный мешочек с жуками на земле и подойдет ко мне.

Когда все собрались, Сапегин вынул флакон с солями радиоизотопа фосфора и показал, как аппарат реагирует на приближение к нему этих радиоактивных солей. Зеленые лампочки, расположенные на панели аппарата, быстро замигали, и послышался непрерывный характерный треск храповика счетного механизма. Количество импульсов в секунду возросло до двухсот пятидесяти.

Сапегин пригласил всех следовать за ним. Он передал флакон с солями Анатолию и продемонстрировал, что счетная установка вдали от солей не действует, но стоит собранных жуков поднести к счетной камере, как количество импульсов возрастает тоже до двухсот пятидесяти в секунду. Сапегин проделал это несколько раз и попросил Лифкена рассказать, что он видит. Тот пожал плечами, не понимая, в чем дело, и сказал, что аппарат действует. Так было определено, что аппарат реагирует на приближение каждого мешочка с жуками.

Посыпались недоуменные вопросы. Никто, кроме советских ученых, Бекки и Ганса Мантри Удама, ничего не понимал. Сапегин отказался дать объяснения здесь, обещая по возвращении на Яву полностью разоблачить «заразителя». Лифкен только пожал плечами. Они покинули остров.

На пристани Сапегин предложил всем членам комиссии сесть в машины и ехать следом за ним. Все нехотя согласились.

Сапегин сел в машину к Бекки и помчался в Бейтензорг. Это вначале встревожило Лифкена. Он немного успокоился, когда машины, не доезжая до филиала Института Стронга, свернули в лес. Здесь их ожидал молодой индонезиец в белых брюках и белой куртке с короткими рукавами и мечом-клевангом на боку. Он подождал, пока все члены комиссии выйдут из машины и, ни слова не говоря, пошел в лес. Сапегин и остальные члены делегации последовали за ним.

Проводник шел уверенно, по-видимому легко разбираясь в путаных лесных тропинках.

Из лесной чащи донесся лай собаки. Молодой индонезиец указал на густые заросли и отступил в сторону. Он протянул свой клеванг Егору. Последний удивленно посмотрел на него, потом взял меч и прорубил им в зарослях отверстие.

Перед изумленными членами комиссии оказались новенькие деревянные двери. Егор порядочно потрудился, пока ему удалось открыть их. За дверями оказалась пещера, освещенная электрическими лампами дневного света. В шкафах с сетчатыми стенками помещались жуки, пожиравшие листья.

Сапегин заставил каждого члена комиссии убедиться, что аппарат вблизи этих жуков отмечал наличие меченых атомов. Это было и на острове. Следовательно, эти жуки — того же происхождения.

— Со всей ответственностью я заявляю, — начал Сапегин свою обличительную речь, — и в этом все могли убедиться, что арсенал заражения кофейных плантаций находится именно здесь. Может быть, он и не единственный в этом роде, но именно отсюда жуки попали на остров.

— Но кто здесь хозяин? — спросил де Бризион, растерянно оглядываясь. Тут никого нет…

— Вот это и надо определить, — сказал Сапегин. — Я вижу в углу кучу газет и ящиков с бумагами. Давайте поинтересуемся. Может быть, это наведет нас на след.

Егор поднял один из журналов и сказал:

— Читаю адрес: «Соединенные Штаты Индонезии. Остров Ява. Джакарта. Бейтензорг. Филиалу Института Стронга».

— Это ложь! — яростно закричал Лифкен.

— Это ложь, ложь и еще раз ложь! — вторил Ихара.

— Я должен убедиться собственными глазами, — заявил де Бризион.

Все сошлись в углу. Здесь их и сфотографировал Егор. В соседнем помещении, куда вел ход, они застали спящего человека. Проснувшись, он с криком убежал.

— А теперь, — сказал Сапегин, — я оглашу вам инструкцию Института Стронга о том, как производить заражение плантаций.

2

Лифкен опять не застал Луи Дрэйка. На его счастье, в номере «короля» храпел на кровати Юный Боб. Лифкен с трудом разбудил его и рассказал о случившемся.

Юный Боб ругнул Лифкена за то, что его разбудили. Но, услышав о происшедшем, сразу протрезвел и предложил поехать к Дрэйку.

Маркиза Анаку они застали в доме Ван-Коорена. Он развлекался тем, что гонялся по комнате за летучими собаками, пытаясь их поймать. Анна сидела в кресле из раковин и хохотала.

Сообщение Лифкена ошеломило и потрясло Луи Дрэйка. Он заставил несколько раз повторить все сначала, расспрашивая о подробностях. Весь превосходно задуманный план рушился.

— Какого черта вы повезли их на остров! — начал было Дрэйк.

Но Лифкен напомнил, что таков был план, направленный против Ван-Коорена, с тем чтобы свалить на него вину в заражении плантаций.

— Так я же договорился с Ван-Коореном, мы теперь родственники! разозлился Дрэйк.

— Но план не был отменен, — возразил Лифкен. — Об этом надо было предупредить еще с утра. Мы бы не привозили этих двух нанятых свидетелей с жуками.

Анна вмешалась в разговор, она потребовала, чтобы ей все объяснили. Дрэйк коротко рассказал ей и добавил, что ему хотелось бы уничтожить этот остров с плантациями и мечеными жуками, как единственную улику против Института Стронга.

— А если пустить в ход Трумса? — предложил Юный Боб.

Дрэйк обрадовался. Он просто неистовствовал от восторга и восхищенно хлопнул Юного Боба по плечу.

— Мы применим ночью «Эффект Стронга»! — объяснил Дрэйк Анне. — Все равно мы собирались провести здесь испытание в больших масштабах на плантациях «Юниливерс». А после этого мы разбомбим и сожжем остров под видом дезинфекции… Да, все это прелестно, но у советских ученых есть фотографии… Боб, займись.

— Фотографии я ликвидирую, — пообещал гангстер.

— Фотографии фотографиями, а вот если бы все трое советских ученых заболели «негритянской болезнью»… — сказал Дрэйк и нервно потер щеки руками; потом дернул мизинец левой руки — раздался хруст. То же самое он по очереди проделал со всеми своими пальцами. — Советским ученым рот не заткнешь, — продолжал Дрэйк. — Они на конгрессе и без фотографий разделают нас и обвинят Пирсона в «международном аграрном бандитизме» и «агродиверсии». Я уже слышал эти обвинения от Крестьянинова, будь он проклят!

— Всех трех советских ученых я тоже беру на себя, — заявил Боб.

— Дело не так просто, — отозвался Дрэйк. — Будь это подданные любой другой страны, Пирсон давно бы распорядился, а ведь они подданные Советского Союза. Пирсон меня крепко предупредил на этот счет.

— Трус несчастный! — воскликнула Анна.

— Он политик, — пояснил Дрэйк, нервно сжимая пальцами щеки, — и он боится портить отношения, на случай заигрывания с другими советскими учеными. Он говорит, что смерть трех советских ученых, находящихся в нашей компании, после скандала с Крестьяниновым — это серьезный повод для конфликта. А насчет применения «Эффекта Стронга» на острове — это ты, Юный Боб, правильно придумал.

— Или ты мой муж, — заявила Анна, — и ты расскажешь, что это за «Эффект Стронга», или я пошлю тебя ко всем чертям!

— Все равно скоро это не будет секретом, — сказал Дрэйк и объяснил ей сущность «Эффекта Стронга».

— А я бы сделала так, — сказала Анна, — чтобы страх перед «Эффектом Стронга» работал на тебя. Есть же атомная дипломатия, пусть будет дипломатия «Эффекта Стронга». Обнародуй его действие. Скажи, что ты применил его для уничтожения зараженного участка, а после этого разбомбил и сжег остров напалмом. А если советские ученые сунут свой нос на остров, нужно уничтожить их и приписать смерть исполнительности голландских солдат, которым было приказано не выпускать носителей «черной смерти».

— Да они сами не полезут на остров, — сказал Дрэйк. — Дураки они, что ли!

— Полезут, если узнают, что там испытывается «Эффект Стронга», возразил Юный Боб. — Если советским ученым сказать, что на острове применили «Эффект Стронга», угрожающий миру, они рванутся туда, рискуя жизнью. Ведь для этих чудил на первом месте благо человечества… Ну, а на обратном пути встречу их я. Сто тысяч долларов, — потребовал гангстер.

— Плачу пятьдесят тысяч долларов. Ты американский гений, Боб.

— Сто — и ни цента меньше!

— И ты сам их заманишь на остров?

— Ночью захвачу, свяжу и привезу.

— Это не годится, — возразил Дрэйк. — Надо, чтобы посторонние люди могли засвидетельствовать их добровольный отъезд.

— Кого ты имеешь в виду? — спросила Анна.

— Людей не нашего лагеря, ну… из числа вожаков стачки докеров в порту, журналистов не нашего толка, студентов… Подберем!

— А если, — вмешалась Анна, — пригласить советских ученых в официальную поездку по обследованию того же острова как членов комиссии?

— Тогда и другим надо ехать, — заметил Дрэйк. — Не выйдет.

— А если пригласить в полуофициальную поездку, — настаивала Анна, — и объяснить эту меру возможным риском — ну, например, сказать, что действие этого явления на людей не изучено?.. Они не из трусливых и поедут, если сказать, что это необходимо для спасения человечества.

— Ты тоже американский гений, Анна, — сказал Дрэйк и предложил Юному Бобу «за работу» семьдесят пять тысяч. Боб согласился.

— Ты, кажется, говорила, что Бекки Стронг дружна с ними? — задумчиво спросил Дрэйк, посмотрев на Анну. — Я вспомнил твой рассказ о том, как Бекки Стронг подменила тебя при обмене летчиков. Может быть, ты явишься к советским ученым как Бекки, расскажешь им об «Эффекте Стронга» и тоже пригласишь их ночью прокатиться на остров? Но сама, конечно, не поедешь с ними.

— Это я могу! — весело сказала Анна и зло засмеялась, представив себе гнев Бекки, которой она так ловко отомстит.

Анне очень хотелось увидеть свою соперницу. Но встретиться с нею при посторонних — значило не только разгласить случившееся, тщательно сохранявшееся в тайне ради престижа Ван-Коорена, но и сорвать задуманное. Да и вряд ли Бекки, опасавшаяся мести Анны, согласилась бы на встречу.

Через час Трумс выехал на остров с неизменным своим саквояжем.

На следующий день вечером лакей гостиницы сообщил Анатолию, что его ждет в машине мисс Бекки Стронг. Анатолий спустился на улицу. Лже-Бекки сидела за рулем. Лицо ее было в тени.

— Я на минутку, — понизив голос, сказала она, — Я должна открыть вам секрет исключительной важности. Сегодня ночью маркиз Анака решил применить «Эффект Стронга» на острове, где комиссия обнаружила жуков-вредителей. Вы знаете, что такое «Эффект Стронга»?

Анатолий признался, что не знает. Анна-Бекки коротко рассказала. Анатолий был потрясен. Он умолял Бекки подняться вместе с ним к профессору Сапегину и рассказать об «эффекте» более подробно.

— Я не могу задерживаться, — сказала Анна-Бекки. — Меня ждут. Я сейчас же еду на остров. Поспешите, и мы встретимся на молу. О посещении острова не говорите никому, иначе вас уничтожат как возможных разносчиков этой болезни, более страшной для земного шара, чем чума. Распространение «Эффекта Стронга» угрожает миру катастрофой.

Анатолий вбежал в комнату к Сапегину. Там сидел профессор Джонсон. Анатолий отвел Сапегина в сторону и стал тихо рассказывать ему об «Эффекте Стронга».

— Профессор Джонсон — друг мира, а значит, и наш друг, — сказал Сапегин. — Говори вслух, и возможно подробнее!

Анатолий рассказал все, что узнал об «Эффекте Стронга».

— Тебе все это рассказала Бекки? — переспросил Сапегин.

— Да, она! Замечательная девушка! — сказал Анатолий.

Джонсон взволнованно забегал из угла в угол. Он требовал, уговаривал ехать сейчас же.

— Ведь солнечные лучи могут убить заразное начало, и тогда мы не успеем взять активные образцы. А если мы поедем сейчас, то добудем возбудителя, исследуем его и выработаем контрмеры на тот случай, если биобомбы с «Эффектом Стронга» будут сброшены в другой части земного шара.

— Я опасаюсь одного: нас могут объявить разносчиками болезни, — сказал Сапегин. — Вы понимаете, какое орудие мы даем в руки противников! А уж они сумеют его использовать.

Джонсон заверил, что они как члены комиссии для того и приехали сюда, чтобы обследовать зараженные участки, и они не обязаны ездить только вместе с Лифкеном или его людьми.

— Я поеду один, — сказал Джонсон, — и сейчас же! Может быть, вы отпустите со мной Анатолия?

Егор напомнил, что «Эффект Стронга» может угрожать и Советскому Союзу и странам народной демократии.

В дверь раздался стук, и на приглашение Сапегина вошел секретарь делегации Грей, он же Перси Покет.

Гость был весьма красноречив. Из его взволнованного сообщения явствовало, что на обследованном острове возникло непонятное явление очень быстрой массовой гибели растений. Так как есть подозрение в умышленном заражении растительности острова, то членам комиссии предстоит поехать на остров и исследовать причину явления. К сожалению, де Бризион, Ганс Мантри Удам и Ихара проявляют нерешительность, а попросту говоря — трусость, и поэтому Грей надеется на мужество советских делегатов.

Грей намекнул в осторожных выражениях на трусость, проявленную Дрэйком, тоже отказавшимся ехать на остров. Лично он, Грей, а также Лифкен готовы ехать с советскими учеными. Тот же бот «Дельфин», который уже возил их на этот остров, готов к отплытию. Если советские ученые согласны, то надо сейчас же выехать.

Сапегин объявил, что советские ученые поедут, ибо это необходимо для блага человечества, но чтобы не быть невольными разносчиками заразы, надо иметь легкие резиновые скафандры, в каких ученые изучают чуму.

Джонсон выразил согласие ехать вместе с советскими учеными.

— Если профессор Джонсон едет вместе с вами, — заявил Грей-Покет, — то, чтобы не перегружать бот, мы с Лифкеном поедем на другом. Резиновые скафандры будут на боте. Сохраните все в секрете, чтобы не создать ненужную панику.

Гость ушел.

3

На сильно освещенном молу, несмотря на поздний час, было людно. Советских ученых и Джонсона встретил Грей-Покет. Он несколько раз громко обращался к ним, как к «господам делегатам, советским ученым». Сапегин заметил редакторов газет, грузчиков, журналистов, студентов. Они молча смотрели на советских ученых. Их собрали здесь под различными благовидными предлогами. Руководителям забастовки докеров, например, обещали в этот час и в этом месте объявить об уступке их требованиям.

Грей-Покет сказал, что бот «Дельфин» стоит пятым, извинился и ушел к подъехавшей машине.

На молу стояла будка с телефоном-автоматом. Профессор Сапегин позвонил в гостиницу. Он вызвал Джима Лендока. Сапегин сообщил, что они выезжают на известный ему остров, где ночью будет применен «Эффект Стронга». Они условились ехать вместе с Бекки. Девушка не приехала, да и ехать ей было незачем. Он, Сапегин, просит посмотреть, запер ли он свою дверь в номер, а если нет, то запереть ее.

— Вы сказали, что едете вместе с Бекки? — переспросил Джим удивленно.

Профессор подтвердил.

— Но она совсем, совсем недавно была у меня и ничего об этом не говорила!

— Не знаю, почему так вышло, — ответил Сапегин.

— Подождите одну минутку, — попросил Джим, — я сейчас узнаю.

Профессор Сапегин терпеливо ждал у телефона и пять и десять минут. Телефон молчал. Он перезвонил. Ответа не было.

— Поехали, — сказал Сапегин и пошел к берегу, отсчитывая боты.

Третьим ботом оказался моторный бот. На носу его сидел китаец и жарил на жаровне рыбу.

— Это Тунг — шофер Бекки, — сказал Егор.

— Сделаем так, — решил Сапегин. — Ты, Егор, подожди здесь Бекки и отговори ее ехать, а мы с профессоров Джонсоном и Анатолием поедем на указанном нам боте. Держитесь позади и приставайте в другом месте. Так будет вернее.

Егору не надо было, как он говорил, ставить точки над «i». Он сейчас же спрыгнул в бот и разговорился с Тунгом. Оказалось, что Бекки не предупреждала о поездке и Тунг считал себя свободным. Этот бот он купил недавно, чтобы ловить рыбу. Егор стоял в недоумении, не зная, что предпринять. Бот с Сапегиным, Анатолием и Джонсоном шумно помчался в море.

— Поедем сейчас за ними! — вдруг предложил Егор Тунгу. — Бекки лучше не рисковать.

— У меня нет разрешения на выход, — возразил Тунг. — Нас не выпустят из гавани. Однако, если там опасно, Бекки действительно лучше не рисковать. Тогда надо ехать без нее.

— Попробуем! — предложил Егор. — А не выпустят из гавани, вернемся и подождем Бекки.

Тунг разбудил рулевого-китайца, спавшего в каюте, завел мотор, и бот с опознавательными огнями направился к маякам у выхода в Яванское море. Егор очень волновался, пропустят ли их. Прожекторы даже не осветили бот. Это обстоятельство обеспокоило Тунга, но он ничего не сказал Егору. Военные корабли на рейде тоже не осветили их прожекторами. Теперь обеспокоился Егор, и он, в свою очередь, ничего не сказал Тунгу, опасаясь, как бы тот не повернул обратно.

— У вас нет какого-нибудь ружья? — спросил Егор, когда они уже далеко отъехали от гавани.

— Зачем?

— Боюсь провокации. — Егор кратко, не открывая главного, рассказал, в чем дело.

— Найдется, — ответил Тунг. Он спустился вниз и принес винчестер.

Давно не держал Егор оружия в руках! Но что может сделать он один против многих и имеет ли он право применять огнестрельное оружие? Ведь потом это так раздуют… Егор вздохнул и попросил спрятать винчестер. Он объяснил почему. Тунг унес оружие обратно.

На полпути к острову, левее их, прошел моторный бот без огней. Это возвращался Трумс. На пристани он доложил Дрэйку о встреченных им в море двух ботах, направлявшихся к острову.

— Все в порядке! — весело отозвался Дрэйк. — Птички почти в клетке!

На советских ученых, привыкших превращать пустыни в оазисы, засушливые степи делать плодородными полями, строить и созидать, картина поразительного разрушения зеленых растений на острове произвела ужасное впечатление. Лес на ближнем берегу исчез. Только вдали еще маячила темная стена. Отчаянно кричали птицы и носились стаями над исчезнувшим пристанищем. Выли звери. Их темные силуэты мелькали то здесь, то там. Сапегин, Джонсон и Анатолий сошли на берег. Сапегин осветил землю электрическим фонариком. Виднелись пеньки и темные куски праха. Было много пыли. На свет луча приползла змея. Профессор закрыл фонарик и предложил Джонсону и Анатолию садиться в бот и ехать дальше, чтобы высадиться в месте, где еще не разрушены деревья, и наблюдать процесс разрушения. Они отчалили, подплыли к видневшейся стене леса, вышли все на берег и вынесли грузы. Не успели они отойти и десяти шагов, как мотор на боте затарахтел и бот попятился в море.

Сапегин подбежал к берегу и закричал.

Он, как и другие, был в легком специальном скафандре, и крик его еле прозвучал. По опознавательным огням можно было видеть, что бот уходит в море.

Все трое закричали изо всех сил, но безрезультатно.

— Положение осложняется! — сказал профессор Джонсон, нервно потирая руки.

— Провокация! — более точно определил положение Сапегин.

— Егор выручит! — отозвался взволнованный Анатолий, не спуская глаз с моря.

— Если змеи не закусают, выручит, — ответил Сапегин. — Впрочем, не будем поддаваться панике и приступим к работе. Мы изучаем редчайшее явление, и изучить его — наш долг.

Сапегин протянул руку к стоявшему рядом дереву и коснулся листьев: они были совершенно сухие и рассыпались от прикосновения. Джонсон коснулся ствола, чуть нажал, и дерево с шелестом распалось на куски. Шаг за шагом они наблюдали явление и определили его так: сущность «Эффекта Стронга» заключалась в том, что растение под влиянием неизвестных причин, по-видимому, микробов или вирусов, с огромной быстротой высыхало на корню.

Разрушение начиналось с верхушек. Сначала осыпались листья и кора. Вначале растение сохраняло видимость ствола и сучьев, а затем все это распадалось на сосудисто-волокнистые пучки и наконец превращалось в пылевидное состояние. Скорость разрушения профессор определил — один метр в минуту. Это был как бы невидимый пожар.

На вопрос Анатолия о предполагаемых причинах столь быстрого разрушения Сапегин сказал:

— Нам полезно вспомнить историю исследования скорости движения ассимилятивных соков сахарозы из листьев растения, когда она стекает по флоэме — живым клеткам сосудисто-волокнистых пучков. Эту огромную скорость непосредственного движения молекул сахарозы можно было бы понять лишь в том случае, если бы они находились в состоянии раскаленного газа. На самом же деле скорость движения молекул сахарозы объясняется тем, что они движутся по принципу эстафеты, от одних живых клеток к другим. Возможно, что и в данном случае мы имеем дело с тем же принципом. Как бы то ни было, мы должны взять образцы.

С моря раздались винтовочные выстрелы.

— Они стреляют по Бекки и Егору! — вскрикнул Анатолий.

Джонсон заметался по берегу. Сапегин выжидающе молчал. Наконец на воде обозначилась темная масса бота. Он медленно двигался мимо берега без огней.

— Максим Иванович! — донесся голос с бота.

— Егор! Сюда, Егор! Мы здесь! — закричал Анатолий.

Бот пристал к берегу. Анатолий подал Егору легкий скафандр. Юноша надел его.

— Осторожно! — крикнул профессор. — Смотри под ноги. Здесь масса змей.

— У нас ранили рулевого в руку, — сказал Егор. — Они хотели всех перестрелять, да получили от Тунга сдачи. Я вначале думал об этом «Эффекте Стронга», что здесь какой-то обман, а подъехали — даже Тунг не узнал острова.

— А где Бекки? — спросил Джонсон.

— Мы не дождались ее, — ответил Егор и присветил своим фонариком. — Это по моей части, — сказал он и принес с бота темные склянки; склянки наполнили остатками растений.

Они взяли образцы во всех стадиях заражения и гибели, отмечая это в записных книжках. Все работали жадно и быстро.

Над островом задрожал далекий луч прожектора. Рядом с первым показались лучи второго, потом третьего.

Сапегин прерывистым светом электрического фонарика привлек к себе внимание остальных и сделал рукой знак собраться вместе.

Собравшаяся группа являла странное зрелище в своих специальных скафандрах. Каждый был одет в сплошной резиновый костюм. Для рук были сделаны специальные резиновые хоботы — рукава с перчаткой на конце. На голове был плотный резиновый шлем, соединенный с костюмом. Вместо очков перед лицом было вмонтировано небольшое оконце из плексигласа. Каждый имел на спине ранец с кислородом. В этих костюмах было жарко, душно, и все обливались потом. Голоса слышались, но весьма глухо.

— Сюда идут военные корабли! — сказал, вернее, прокричал Сапегин. — Не исключено, что они имеют задание уничтожить заразное начало на острове, чтобы не допустить его распространения. Знают ли они о том, что мы находимся на острове, неизвестно. Нам лучше сейчас же уехать.

— Смотрите! — закричал Анатолий и показал рукой на деревья, освещенные светом прожекторов. Это было потрясающее зрелище гибели леса.

— Вы представляете себе! — закричал Егор в состоянии крайнего возбуждения. — Если такое разрушение зеленых растений американские людоеды начнут, например, в странах Европы, то посевы, все травы, все леса превратятся в пыль, и появится голая пустыня, и скот останется без корма и погибнет, и людям останется только есть рыбу, но и ту Дрэйки постараются уничтожить!

— Ужасно! Это ужасно! — прокричал Джонсон. — Наша задача по возвращении — поскорее выяснить сущность этого феномена и найти контрмеры… Но Аллен Стронг… Кто бы мог подумать!.. Я ничего не понимаю!

Сапегин распорядился открыть два сосуда с дезожидкостью. Он сам продезинфицировал резиновый скафандр каждого и попросил Егора проделать ту же операцию с ним. Затем они все вместе продезинфицировали бот. Среди груза на берегу оставалось еще пять сосудов. Сапегин распорядился продезинфицировать и их, так же как и поверхность сосудов с возбудителем «Эффекта Стронга». Все это погрузили на бот.

Свои специальные скафандры они сняли в пяти милях от острова.

— Боже мой, как я измучился в этом резиновом футляре! Совсем обессилел… — сказал, вернее, простонал, профессор Джонсон, шумно вдыхая морской воздух. — Но Стронг… Аллен Стронг… Кто бы мог подумать!

Сапегин спросил, как чувствует себя рулевой, левая рука которого была подвешена на полотенце. Пуля пробила ему мякоть повыше локтя. Боль была незначительной. Сапегин хотел заменить рулевого, но вмешался Егор и взялся за руль.

На зов рулевого пришел Тунг.

— Нам необходима ваша помощь, друг мой, — сказал Джонсон Тунгу.

— Вы ведь шофер Бекки Стронг? — спросил Анатолий.

— Да, я иногда обслуживаю ее машину, — сдержанно ответил Тунг.

— Вы не знаете, почему Бекки Стронг направила нас на другой бот, а не к вам? — спросил Сапегин.

— Я уже думал над этим, — сказал Тунг, — и сейчас скажу, что то была не Бекки Стронг, а очень похожая на нее девушка. Кто-то очень хотел отправить вас на этот остров. Зачем ушел бот, на котором вы приплыли? Ваш друг, — Тунг кивнул в сторону Егора, — говорил мне, что на острове возникла черная смерть растений и это грозит жизни людей. Становится ясно, почему те, кто хотел ехать вместе с вами, не поехали. Вас боятся убить в городе. Вас боятся отравить. Очень боятся тронуть советских людей на виду у народа. А все это… это провокация… Так мне кажется.

Тунг говорил по-английски хорошо, и его все поняли. Он молча взял у Егора руль, круто повернул бот и оказал:

— Так держать!

— Прежде чем возвращаться на Яву, — сказал Сапегин, — нам надо еще раз очень хорошо все продезинфицировать дезожидкостью, да и лучи солнца нам помогут. А уж потом мы возвратимся в порт.

— Мы сейчас не вернемся в порт, и днем тоже, — решительно возразил Тунг. — Мой бот вышел без разрешения, и мне будет очень плохо… А место для ночной стоянки я знаю.

На море стало светлее. Явственно послышался звук самолета. Тунг подошел и опять взял рулевое колесо у Егора. Донесся такой старый, забытый и такой знакомый свист авиабомбы.

Самолеты сбрасывали на остров зажигательные бомбы. Вскоре послышался звук нескольких приближающихся самолетов. Над морем повисли «фонари». Тунг умерил ход. Егор оглянулся. Перед ними виднелся берег. Тунг правил прямо на скалы. И только когда катер вошел в низкий грот, все облегченно вздохнули. Спать никто не хотел. В отверстие грота был виден свет над морем. То и дело лучи прожектора прорезали тьму. Загрохотали разрывы авиабомб, и вдруг даже в гроте стало светло.

Егор засмеялся.

— Что ты? — спросил Анатолий.

— От радости за нашу успешную операцию, — ответил Егор.

Сапегину очень хотелось сказать, что смеется тот, кто смеется последним, но он не решился огорчить юношу. Положение осложнялось.

Утром Сапегин распорядился вывести бот из грота и продезинфицировать его. До вечера они пробыли под лучами солнца, между камнями. Тунг на вопрос, где лучше высадиться, сказал, что есть только одно подходящее место, но его знает Бен Ред. В других местах мангровые заросли выходят в море, и через эти заросли по топкой почве на берег никак не выбраться. А ехать надо только ночью.

Вот почему уже в темноте моторный бот протаранил густые ветви, склонившиеся к воде, вошел в русло узкой речонки и, лавируя меж деревьев, протащился дальше. Здесь Тунг выключил мотор и заставил всех работать шестами: шум мотора мог их выдать. Часа два они работали шестами, пока бот не сел на мель.

— Река обмелела! — огорчился Тунг и посоветовал ложиться спать.

Но комары и мошки густой тучей набросились на пришельцев. Утомившиеся путешественники еле забылись к рассвету.

4

С восходом солнца их разбудил Тунг.

— Отсюда уже недалеко до кампонга, — сказал он. — Там вы наймете лошадей. Я провожу вас.

Он пошел вперед с винчестером в руках. Позади всех следовал легко раненный рулевой. Они шли в тропическом лесу, среди пальм, гигантских папоротников, огромных деревьев, но ничего этого не видел Егор. Единственной его заботой было сохранить флаконы в рюкзаке. Один раз он чуть было не упал, и виной этому была обезьяна, почему-то очень низко сидевшая на дереве. Она крикнула над самой головой Егора и скрылась в листве. Егор вспомнил, как в детстве он мечтал увидеть тропический лес с обезьянами на деревьях. И вот в каких невеселых обстоятельствах он увидел обезьяну!

Изредка отдыхая, они шли до полудня и наконец пошли по высокой траве аланг-аланг.

— Сейчас будет тропинка, и совсем недалеко, метрах в трехстах отсюда, находится кампонг, — сказал Тунг.

Собственно, тропинки, в привычном представлении жителей умеренного климата, здесь не было. Тунг обратил внимание на зарубки в коре дерева, и когда все подошли, он протянул руку и показал вторую, на дереве метрах в десяти. Тунг так и застыл с протянутой рукой, внимательно вглядываясь в заросли.

— Бегите назад! — крикнул он сдавленным голосом. — Засада!

Тунг вскинул винчестер к плечу, чтобы задержать тех, кого он увидел в кустах, но не успел прицелиться, как грянул выстрел и он рухнул лицом в траву.

— Руки вверх! — заорал Юный Боб, выходя из кустов с пистолетом в руке.

Сапегин рванулся назад, но слева из зарослей показались Ихара с пистолетом в руке и два малайца с винтовками. Вслед за Юным Бобом вышли Грей-Покет и Трумс, тоже с пистолетами.

— В чем дело? — спросил Сапегин. — Вы что, не узнаете нас? Мистер Ихара, разве конгресс вменил в обязанность одним членам комиссии нападать на других?

Ихара, улыбаясь, игриво погрозил пальцем и сказал:

— Зачем вы ездили и заразили остров «Эффектом Стронга»? Хотите свалить на нас? Нехорошо, очень нехорошо! Дайте то, что вы нашли на острове.

— Но ведь вы сами, мистер Грей, пригласили нас исследовать неизвестное явление. Что за странная встреча! — искренне удивился Сапегин.

— Трумс, обыщите их! — приказал Юный Боб.

Он отодрал языком резинку, прилипшую к зубам, и начал методично жевать ее, не опуская своего пистолета, направленного на Сапегина.

— Я заявляю категорический протест! — сказал профессор Сапегин. — Вы действуете провокационно.

Юный Боб, он же Бен Сандерс, повернулся к Трумсу и молча показал ему пистолетом на Егора.

Советские делегаты поняли всю гнусность подлой провокации. Во имя спасения мира от страшной угрозы уничтожения советские люди были готовы на любой подвиг. Это использовали враги.

Неужели мир останется беззащитным против «Эффекта Стронга», когда секрет у них в руках?

Джонсон бросился в лес, но тут ему преградил путь Юный Боб.

— Поди ты?! — сказал Юный Боб и ткнул Джонсона пистолетом в зубы. Узнаешь?

— Вы Сандерс… помощник Лифкена. Негодяй!

— Нет… Помнишь нашу первую встречу на вокзале, когда искали недолинчеванного негра и ты ехал к Стронгу? Черен телом, но бел душой!

Джонсон вспомнил, как над ним издевался этот тип с приплюснутым носом и разбитыми ушами.

— Отдай, что взял на острове! — грубо заорал Юный Боб.

— Вы преступник, гангстер и расист, — тихо сказал Джонсон. — Я не… — Он не договорил: пуля из пистолета Юного Боба свалила его с ног.

— Стоять! — заорал Юный Боб, потрясая пистолетом перед Сапегиным и Анатолием. — Живо, Трумс!

— Бандит! — сказал Сапегин. — Вы еще ответите за смерть честного человека!

Трумс дрожащими руками расстегнул рюкзак Егора и достал оттуда завернутые в резиновые мешочки темные флаконы.

— Здесь! — облегченно сказал он и переложил их к себе в саквояж.

Сапегин сам отдал один флакон. У него нашли еще два.

У Анатолия тоже оказался один флакон. У Джонсона нашли пять. Перси Покет, сунув пистолет в карман, щелкал аппаратом, фотографируя весь процесс обыска.

— Мы как члены комиссии имели полное право исследовать место заражения. Мы взяли образцы возбудителя, — сказал Сапегин, — чтобы исследовать его сущность и выработать противоядие.

— Тем самым вы признаете, что были на острове, — сказал Трумс. — Значит, вы являетесь разносчиками болезни… Господа Сандерс, Ихара и Покет, вы слышали признание профессора Сапегина о том, что вся их группа была на острове.

Все названные подтвердили, что слышали это «ужасное признание».

— Но ведь «Эффект Стронга» теряет силу под лучами солнца, — возразил Сапегин, — и мы хотя и пользовались специальными скафандрами и дезожидкостью, с целью обеззараживания пробыли еще под солнцем целый день.

— Есть две расы возбудителей, — сказал Трумс. — Одна дневная, другая ночная. Неизвестно, с какой вы имели дело.

— Что же вы хотите с нами сделать? — спросил профессор.

— Продезинфицировать! — отозвался Юный Боб.

— Но почему вы… — обратился Сапегин к Трумсу, — я не знаю вашего имени и вижу вас впервые… берете на себя смелость утверждать…

— Он работал со Стронгом, — прервал профессора Юный Боб, — и все знает. Говорить буду я. Выкладывайте, профессор, все начистоту. Кто сказал вам о гроте с жуками и о заражении? Выкладывайте все.

— Нам сказал Бен Ред, — охотно ответил профессор.

— Не врите! — сказал Юный Боб. — Ложь вам не поможет. Я знаю, что вам говорил Бен Ред. Сознайтесь, куда вы его дели? Мы из-за этого чуть не прозевали вас. Хорошо, эти желторожие помогли! — И Юный Боб показал на малайцев.

— Прежде всего я не признаю за вами права нас допрашивать. Вы убийца! — сказал Сапегин. — Ведите нас к властям, там я все буду говорить.

— Мы никуда вас не поведем, профессор, — сказал Юный Боб. — А если не захотите отвечать, то тогда превратитесь в дым. Будете иметь дело с напалмом. Если я взорву запальник, будет такой огонь, что вы сгорите в несколько минут. Крематорий заживо! Э! Не нравится? Говорите начистоту, и тогда мы не сожжем, а просто вышлем вас с Явы.

Профессор Сапегин не ответил.

— Можете подумать… — тут Юный Боб посмотрел на свои часы, — шестьдесят минут. Но больше я дать не могу. Наш шеф женился, и мы опоздаем на свадебный пир.

— Маркиз Анака женился? — спросил Сапегин, стараясь узнать побольше и соображая, нельзя ли как-нибудь это использовать для освобождения.

— На Анне Коорен, — ответил Юный Боб. — Ловко она вас разыграла под видом Бекки Стронг! И чего вы скрытничаете…

Анатолий ахнул от неожиданности.

— «Ах-ах!» — передразнил его Юный Боб. — Она-то и направила вас к нам в лапы. Так кто вам проболтался о деятельности Института Стронга?

— Хороша пара будет, ничего не скажешь, — заметил Сапегин. — Почему же маркиз Анака не объявил о помолвке?

— Какие там помолвки! — Ихара захихикал. — Все делается секретно. О свадьбе знают немногие.

— А ведь я вас узнал, — сказал Егор, обращаясь к Грею. — Вы не Грей, вы журналист Перси Покет, шпион и диверсант. Я помню, как мы вас разоблачили в Средней Азии, в опытном саду колхоза «Свет зари», когда вы после войны в качестве журналиста «дружественной державы» приехали в Среднюю Азию писать очерки о наших достижениях. Цель же ваша была — биологическая диверсия! Вы хотели уничтожить ценнейшие культуры, подбросив опасного вредителя японского опалового хруща.

Грей криво усмехнулся и сказал:

— Ну, вот мы и посчитаемся!

— Вы негодяи и бандиты!.. — начал Анатолий.

Но Сапегин мягко коснулся его руки, и юноша замолчал.

— Пойдем в кампонг, — соврал Юный Боб. — Там вас ждут представители власти.

Грей шепотом спросил у Ихары, приготовил ли тот сосуды с напалмом для «дезинфекции». Ихара ответил, что на полянке в бамбуковой хижине все в порядке.

Сапегин двинулся следом за Юным Бобом.

Они вошли в заросли, направляясь в сторону от тропинки.

Когда шум шагов затих, на поляну выглянул рулевой моторного бота. Убедившись, что все ушли, он подбежал к Тунгу и с трудом перевернул его на спину. Лицо Тунга покрывали сгустки крови. Рулевой пощупал пульс. Пульса не было. Он наклонил ухо ко рту Тунга и уловил чуть заметное теплое дыхание. Рулевой осмотрел Джонсона. Тот был мертв. Тогда рулевой побежал в чащу, принес кожуру известного ему растения, приложил к ранам Тунга и как мог забинтовал их.

Потом он побежал по тропинке в деревню, прячась в кустах при малейшем шуме.


Leave a Reply