Элитный блок ссылок. Заказ качественной рекламы ЗДЕСЬ!
☭ ☭
Уважаемый посетитель! Этот замечательный портал существует на скромные пожертвования.
Пожалуйста, окажите сайту посильную помощь. Хотя бы символическую!
Я, Дамир Шамарданов, благодарю за вклад, который Вы сделаете.

Н. Каринцев — В песках Азии. Путешествие Свен Гедина

Свен Гедин в зимней одежде.

Советскую Россию недавно посетил, на обратном пути из своего последнего путешествия по Азии, знаменитый шведский путешественник Свен Гедин.

Ему почти 60 лет, но он так же неутомим в своих исследованиях неизвестных земель, как и тогда, когда ему было всего лишь 25 лет.

Он первый среди блестящей плеяды путешественников, между которыми не последнее место занимают и русские исследователи Козлов, Пржевальский и Обручев, открыл науке и человечеству тайну великих песков Азии, простирающуюся от моря до моря по всей центральной части великого материка.

В этих великих песках Свен Гедин провел многие годы своей жизни.

Он родился в 1865 году в Стокгольме, столице Швеции. Уже в детстве он мечтал о том, чтобы стать равным Стенли и Ливингстону, двум величайшим английским путешественникам, исследовавшим Африку. И во всех этих путешествиях всегда первый шаг его был по России.

С пустым кошельком, но с большим запасом энергии и воли, С. Гедин, в сопровождении одного только погонщика, прошел всю Персию с севера на юг, видел Тегеран и Испагань, Шираз и Персидский залив.

В это же путешествие, как и в последующие, Гедин великолепно изучил целый ряд азиатских наречий, что впоследствии ему очень помогло в исследованиях; в совершенстве овладел он также и русским языком.

В 1893 году Свен Гедин оставляет снова Швецию, и в ноябре он уже в Оренбурге, где в то время кончалась железная дорога[1].

Отсюда дальнейший путь до Ташкента, т. е. почти 2000 верст по пустынным степям, он совершает в течение 19 дней без отдыха, на лошадях, в простом тарантасе.

После небольшого отдыха в Ташкенте, Свен Гедин предпринимает восхождение на огромное снеговое плоскогорье Памир, известное под именем «Крыши мира».

На этот раз его сопровождало незначительное количество людей и одиннадцать лошадей. Но уже первый переход, на высоте 3500 метров (3,1 версты), показал исследователю, что ему придется вести громадную борьбу со всеми трудностями и опасностями: головокружительные тропинки, ужасные пропасти окружали его со всех сторон; лошади ежеминутно срывались и большая часть из них вместе с поклажей на веки исчезла в зияющих безднах; движущиеся лавины грозили стереть путешественников с лица земли; горные болезни, страшный холод уморили половину людей. С большими трудностями Свен Гедин пробрался на ледяное озеро Кара-Куль. После трехнедельного отдыха на пограничном русском посту Памирском, он через ущелье, расположенное на высоте 4730 метров, проник на территорию Китая.

Свен Гедину во что бы то ни стало хотелось взобраться на гигантскую вершину Муд-так-аты, находящуюся на высоте 7.800 метров (7 верст). Об этом тяжелом восхождении так пишет С. Гедин: «Начиная с 5.100 метров, разрежение воздуха причиняло страшный вред каравану. Три киргиза, которые имели неосторожность покинуть своих яков[2] и решили взбираться пешком, погибли вследствие нестерпимых головных болей. Два других товарища по восхождению испытывали ужасные муки, но все же еще держались. Сам я, оставаясь неподвижным, не чувствовал никакой боли, но при малейшем движении те же боли охватывали и меня. Стоило мне только сойти с моего яка или же сесть на него, как я начинал испытывать сильнейшее головокружение, доводящее подчас до потери сознания».

На высоте 6300 метров караван принужден был сделать остановку. Животные и люди страдали от нестерпимой жажды. Попытки взобраться выше потерпели неудачу. Головные боли, шум в ушах, чувства удушья час от часу становились все более невыносимыми, отвращение к пище стало почти непреодолимым.

Несмотря на величественную и редкую по. красоте картину, которая открывалась перед глазами путешественников, Гедин должен был отступить. На обратном пути, он изучил детально озеро Кара-Куль и чуть было не утонул в разоренных волнах этого вероломного озера.

Зиму Гедин провел в Кашгаре.

С февраля 1895 года, как только показались первые признаки весны, он вновь предпринимает целый ряд исследований. Одно путешествие сменяется другим, открывая Свену Гедину все новые области.

В январе 1896 года неутомимый путешественник снова вступил в страшную пустыню, знойную летом, обледеневшую зимой.

В этом краю безмолвия и смерти не на что было надеяться: все, что необходимо для пропитания и передвижения, нужно было иметь с собой, иначе пустыня легко могла превратиться в могилу. И печальная слава ее оправдалась: из 56 животных, которые следовали за Гедином, конца пустыни достигли лишь 3 лошади, 3 верблюда и 1 осел.

В этом, забытом людьми краю, в половине августа уже царствует суровая зима. Беспрестанные ураганы, несущие с собой то град, то снег; вершины и ущелья более высокие и недостижимые, чем вершины и ущелья Монблана; почва, усеянная острыми, срывающимися из-под ног и увлекающими за собой, камнями; ледяные озера посреди необозримых, бесконечных бассейнов— такова та пустыня, которую Свен Гедин пересек в течение 55 дней с запада на восток, чтобы встать, наконец, перед лицом Монголии у входа в пустыню Тцайдам, выжженную солнцем и еще более страшную, чем та, которую он только что оставил.

С караваном, значительно уменьшенном, Свен Гедин достиг громадного голубого озера — Куку-Нор,—этого внутреннего моря Центральной Азии, смягчающего ее климат и делающего возможным заселение его берегов и громадных степей.

Ноябрь месяц тем временем наступил. Свен Гедину оставалось сделать не более полутора тысячи километров до столицы Китая — Пекина. И, несмотря на наступившие холода (мороз часто достигал 33°), он 2 марта 1897 г. вступил в одну из древнейших столиц мира. Таким образом, все его путешествие от одного конца Азии до другого продолжалось около трёх лет или, точнее, тысяча и один день.

И, когда по приезде в Стокгольм, Свен Гедин выпустил в свет первый том книги «В песках Азии», — имя Свен Гедина стало известно во всех уголках мира.

24-го июня 1899 года исследователь снова покидает Стокгольм и через Петербург и Закаспийскую область, меньше чем в Три недели, прибывает к порогу Памира.

Но теперь его непреодолимо влечет к себе сам Тибет, и особенно его странный и загадочный город, Лхасса, в который запрещено вступать даже самому могущественному европейцу.

И как бы сама грозная природа освящает этот запрет: Лхасса расположена на высоте 5000 метров, под прикрытием диких, неприступных скал.

Второе исследование Тибета, на половину неудавшееся, продолжалось не более не менее, как три года и три дня. И в течение этого времени чего только не пришлось увидеть и пережить Свен Гедину.

Однажды, для того, чтобы спуститься по течению Тарима, Свен Гедин приказал построить баржу, длиною в 12 метров и шириною 2½ метра. Впереди была установлена маленькая платформа с натянутым над ней тентом; эта платформа была в одно и то же время и пунктом наблюдения для Свен Гедина, его рабочим кабинетом и спальной комнатой. Сидя за столиком, он видел постепенно развертывающиеся перед ним берега и заносил их немедленно на бумагу, приготовляя таким образом точную карту своего путешествия. Посреди баржи была устроена маленькая темная комната, служащая для фотографирования. В конце баржи находились склады пищи и кухня.

Пустыня легко могла превратится в могилу.

И вот построенная баржа — в пути. Вся она представляет живописный вид: на ней перемешались в одной куче люди, собаки, бараны, курицы вместе с мешками муки и риса на фоне белья, разве шейного по всей барже, и зеркальной глади реки. Над всем этим поднимаются густые клубы дыма от примитивной кухни, и вся баржа имеет вид уютного, спокойного дома на реке. Все заняты какими- либо работами: одни пекут хлеб, другие стирают, третьи чинят свои вещи или же фабрикуют какую-нибудь утварь… Когда разговоры наскучат, затягивается хоровая песня, и ее звуки, столь чуждые этим берегам, наполняют собой спокойный воздух ночи и торжественно и тихо замирают вдали…

Но, кончено приятное путешествие по реке караван снова в песках. Стены дюн достигают высоты 100 метров. Подъём совершается с неописуемыми трудностями. Песок сыплется при малейшем надавливании, и чтобы верблюды не скатывались вниз, надо было местами прокладывать для них тропинку. Мороз сопровождается страшным бураном; люди замерзают на месте, на расстоянии шага впереди себя ничего не видно, так как воздух наполнен миллиардами частиц песку. Ими приходится дышать, их приходится глотать, они проникают всюду.

Люди, наконец, под влиянием стихий теряют всякую бодрость; им кажется, что еще немного, и разоренный самум поглотит их всех… И при таких условиях наступает ночь. Собственно, это лаже не ночь, ибо всего только 3 часа пополудни, но небо абсолютно черно, вокруг полная темнота. Сильные порывы ветра подымают тучи пыли такой густой, что кажется, будто идешь в густых клубах дыма.

Тибетцы всячески препятствовали Гедину в его исследовании.

Но еще более препятствовала природа. Особенно мучительно было отсутствие воды.

В Тибете караван подвигается вперед с великим трудом.

Наконец, дорогу преграждают тибетцы, которые грозят уничтожить безумцев, намеревающихся проникнуть в священный город Лхасса.

Тибетцы потребовали, чтобы дерзкий европеец немедленно шел обратно, откуда он пришел. Но Свен Гедин убеждал их, что исповедует такую религию, которая под страхом больших бед и несчастий запрещает человеку идти по пройденному пути. Тибетцы выразили удивление по поводу такой странной религии, но все-таки, благодаря этой уловке, и, главное, своей настойчивости, Свен Гедину удалось продолжать работы в Тибете.

Вернувшись после второго путешествия в Европу, Свен Гедин оставался в ней на этот раз целых пять лет.

Наконец, желая во что бы то ни стало увидеть «священные» места, Свен Гедин снова уехал в Азию. Чтоб обмануть крайне подозрительные тибетские власти, он притворился, что едет в Туркестан. И, находясь уже в этой области, в ее необозримых пустынях, он внезапно изменил дорогу и направился на восток, в самое сердце Тибета.

Снова пустыня, борьба со стихиями на невероятных высотах при 38-градусном морозе, снова необходимость заметать свои следы и вместо востока идти на запад, вместо севера на юг — и все это для того, чтобы попасть в запрещенный город.

Наконец, Гедин вознагражден: он попадает в «священную» область. Губернатор Семоку в гневе спрашивает, его, как он осмелился вступить туда, куда вход ему был запрещен? И Свен Гедин вежливо отвечает:

— Я слишком вас люблю и не мог пройти мимо, не повидав вас.

Но его тянет еще дальше, к озеру Манасару Бару. Он притворяется покорным, отделяется от своего каравана и в качестве просто пилигрима направляется туда, к этому удивительному озеру, в голубых волнах которого плавают тысячи лебедей, к озеру, окруженному высочайшими в мире горами, вершины которых никогда не теряют своих снегов.

Чтобы лучше обмануть бдительность тибетцев, Гедин превращается в пастуха и доходит до того, что два раза в день обмазывает свое лицо и руки слоем липкой черной грязи, чтобы более походить на туземных жителей.

После третьего путешествия неутомимый Гедин вернулся в Европу через Японию.

«Пионер», №7, 1924 год.


[1] Теперь дорога проходит до самого Ташкента.

[2] Горные быки.

Связь с владельцем сайта возможна через мессенжер Фейсбука
Вы также можете написать мне на почту.

© Портал Дамира Шамарданова. 2010-2020.

Подробнее в География, путешествия, Публикации
библиография
Список книг серии «Библиотечка военных приключений»

А. Тверской — От «Кортика» до Кроша

интересные факты
Единственные в своем роде (Нотр-Дам-де-Пари, часть 1)

Закрыть