Средние века

Саксон Грамматик — Деяния данов — Книга I

Ответственный за материал:

Саксон Грамматик - Деяния данов - Книга I

Книга первая

Саксона, грамматика по профессии и сьяландца по происхождению, [мужа] для своего времени весьма учёного, Датской Истории, с великим трудом и проницательными суждениями выписанная [им] из датских скрижалей, о происхождении данов

Книга Первая.

Сыновья Хумбла1 Дан2 и Ангуль3, {Происхождение данов}  от которых ведут своё происхождение даны, были не только родоначальниками нашего народа, но также и его правителями. 2В то же время автор «Деяний аквитанов» Дудо считает, что ‘даны происходят и ведут своё название от данаев’4. 3Хотя с одобрения жителей своего королевства [братья] и были в нём господами, а благодаря своей выдающейся отваге, с согласия своих соотечественников, они получили в нём и верховную власть, однако тогда их не называли «королями», ведь в те времена это слово нашим предкам было ещё неведомо5.

{1.1.2} Из них двоих ‘Ангуль, {Происхождение англов}  от которого, как гласит предание, ведёт своё начало народ Англии’, позаботился о том, чтобы дать своё имя стране, в которой он жил прежде6; и, таким образом, не прилагая большого труда, увековечил память о себе среди последующих поколений. 2Позднее его потомки завладели Британнией и прежнее название этого острова заменили на имя своей родины. 3В древности завоевание Британнии считалось великим подвигом. 40 нём свидетельствует ‘отнюдь не самый последний из писателей церкви’ – [сам достопочтенный] Беда7. {Сочинения Беды}  Родившись в Англии, он всячески заботился о том, чтобы запечатлеть прошлое своей страны в святейших сокровищах своих трудов, ‘считая своим религиозным долгом прославлять историю Отечества точно так же, как и писать о делах божественных’.

{1.1.3} Как полагают древние, {Дан, 1‑й [король Дании]}  именно от Дана, словно ручьи от своего истока, ‘в соответствии с принятым у знати порядком наследования’, и ведут своё происхождение все наши королиa.2[Что же касается самого Дана, то] от Гриды8, ‘одной весьма благородной тевтонской9 дамы’, у него родились сыновья Хумбл10 и Лодер11.

{1.2.1} {Как [наши] короли избирались в древности}  У наших предков был обычай: выбирая короля, они становились на вросшие в землю большие камни и делали свой выбор, показывая этим, что их решение столь же непоколебимо, как и каменные глыбы под их ногами12. 2После кончины отца {Хумбл, 2‑й кор. Дании}  королём стал Хумбл, получив тем самым от Отечества новое доказательство своего расположения [к его семье]. Впрочем, из‑за зависти судьбы, побыв некоторое время на престоле, [вскоре] он снова стал частным лицом. 3Взятый Лодером на войне в плен, он купил себе жизнь {Лодер, 3‑й кор. [Дании]}  ценой отказа от королевства, поскольку именно это и было единственным условием сохранения жизни побеждённому. 4Несправедливостью своего брата принуждённый отказаться от власти, он доказал людям, что ‘хотя в королевском дворце и больше великолепия, однако безопасности там куда меньше, чем в хижине простолюдина’. 5При этом Хумбл с таким терпением переносил эту несправедливость, что казалось будто ‘он радуется’ утрате сопряжённых с королевским званием почестей, словно это было благословением для него, ‘мудро, как я полагаю, рассудив о том, что на самом деле стоит обладание королевской властью’.

Выборы короля в древности
Выборы короля в древности

{1.2.2} {О тирании Лодера}  Однако как король Лодер оказался ничуть не более милосерден, чем прежде, когда он был простым воином, и свой приход к власти он ознаменовал высокомерием и злодеяниями; отнимая жизни и имущество у самых знаменитых людей страны, вместо того чтобы править справедливо, он лишал Отечество добрых граждан, видя соперника своей власти во всяком, кто был равен ему по знатности. 2Но недолго ему довелось оставаться безнаказанным за свои преступления – он пал жертвой народного ‘гнева’; и те, кто прежде даровал ему королевство, теперь отняли у него жизнь13.

{1.3.1} {Скьёльд, 4‑й король Дании}  Сын Лодера Скьёльд14 был похож на него лишь своим внешним видом, но никак не нравом, с юного возраста с великим усердием стараясь изжить все унаследованные им от отца дурные наклонности. 2Благоразумно гнушаясь отцовскими пороками, он счастливо приобщался к добродетелям своего деда, стремясь соответствовать более древним, но при этом и более достойным качествам своего рода. 3В молодости он прославился среди охотников своего отца тем, что в одиночку укротил огромного зверя, поразительным исходом этого поединка знаменуя свою будущую великую силу. (л. 3об.)|| 4Дело в том, что как‑то раз он упросил обучавших его всяческим наукам воспитателей, чтобы те взяли его с собой на охоту. Там он столкнулся с огромных размеров медведем, и поскольку у него не оказалось под рукой копья, Скьёльд связал медведя своим обычным поясом и передал его своим спутникам, дабы те убили зверя15. 5Говорят также, что многие богатыри тогда желали испытать его силу, но все они в поединках неизменно бывали побеждены Скьёльдом, причём в их числе были даже такие знаменитые и прославленные бойцы, как Аттал и Скат16.6Пятнадцати лет от роду, став необычайно сильным, Скьёльд достиг ‘самых вершин доступной |(нач. фр‑та из Анже) человеку мощи’. ‘Проявления его природных способностей были столь убедительны’, что после него и все прочие датские короли стали называться {Скьёлдунги}  одним общим именем: Скьёльдунги17. 7[Важно также указать, что] ‘зрелостью своего духа Скьёльд даже опередил развитие своих телесных сил, ведь [с молодых лет] он часто принимал участие в таких сражениях, где в силу своего юного возраста едва мог быть даже простым наблюдателем’.

{1.3.2}a Скьёльд был известен не только своим [умением обращаться] с оружием, но и любовью к Отечеству. {Справедливость и правосудие [Скьёльда]}  Он упразднил прежние губительные законы и ввёл новые, полезные, со всей внимательностью относясь к тому, что служит для улучшения положения страны. 2Таким образом, благодаря этим своим добродетелям, Скьёльд [в конце концов] смог возвратить [своему роду] утерянную некогда из‑за преступлений своего отца королевскую власть. 3Скьёльд также был первым, кто издал закон ‘об отмене освобождений из рабства’. Это суровое наказание он наложил на раба, которого наградили свободой и который тем не менее ‘предавался тайным козням против своего хозяина’; таким образом, за преступление кого‑то одного были наказаны все вольноотпущенники. 43нать он чтил не только собираемыми внутри страны податями, но также и захваченной у врагов добычей, часто заявляя, что ‘богатства должны доставаться воинам, слава же – вождю’. 5Все чужие долги ‘он оплачивал из своей казны’, словно соревнуясь с другими королями в отваге, щедрости и доброте. 6Он помогал больным18 и обильно раздавал лекарства пострадавшим, всячески показывая, что намерен заботиться не о себе, а о своём Отечестве. 7Тех же, кто ‘вёл жизнь распутную и изнеженную, привыкнув ослаблять свои силы [разного рода] излишествами’, своими поступками он без устали ‘побуждал к доблестным свершениям’b.

{1.3.3} С годами ‘возмужав ещё больше’, из‑за прекрасной Альвильды он поспорил с сатрапом Алеманнии Скатом, также добивавшимся этой девушки; ‘на глазах датского и тевтонского воинств он бросил ему вызов и сразился с ним’, а после того как Скат был убит, Скьёльд {Первое покорение алеманов}  обложил данью и весь удручённый гибелью своего предводителя народ алеманнов.

{1.4.1} ‘С огромным трудом одолев своего соперника’, в награду за свою победу он получил ту девушку, чьей любви добивался, после чего сочетался с ней браком. 2Некоторое время спустя она родила ему сына [по имени] Грам19. {Грам, 5‑й [король данов]}  3‘Его удивительные дарования так напоминали добродетели родителя, что, говоря одним словом, казалось, будто Грам во всём последовал по стопам своего отца. 4‘Уже в юношеские годы, благодаря выдающимся свойствам своей души и тела, он достиг наивысших почестей’, а среди потомков его слава была столь велика, что в древних датских песнях само королевское достоинство! как правило,] обозначается именно его именем20. 5Грам также старался всячески укреплять и ‘развивать свои силы’, с величайшим усердием совершенствуя свои природные способности. 6‘У людей опытных во владении мечом он прилежно учился искусству наносить удары и избегать их’. 7Дочь своего воспитателя <Роара>a, свою сверстницу и молочную сестру, он взял в жёны, желая таким образом сильнее отблагодарить его за проявленную заботу; впоследствии он отдал её в качестве награды в супруги некому Бессу, {Бесс}  ‘чьей службой и отвагой он много раз с успехом пользовался’. 8Этот Бесс был ему верным боевым товарищем; причём так и осталось непонятным, что принесло Граму больше славы: его собственная доблесть или Бесса.

Подготовка к битве против гигантов
Подготовка к битве против гигантов

{1.4.2} {Гро}  Узнав однажды, что Гро21, дочь короля свеонов Сигтрюга22, помолвлена с неким великаном, Грам проклял этот союз как недостойный королевской крови и начал войну со свеями, намереваясь подобно доблестному Геркулесу противостоять потугам чудовищ. 2Придя в Гётию, дабы вселить страх во всех встречных, он облачился в козлиные шкуры, окутался в меха диких зверей, а в правую руку взял страшное оружие, стараясь таким образом изобразить внешний вид великанов. И вот однажды в лесу он встречает саму Гро, которая в сопровождении нескольких идущих пешком служанок верхом на лошади направлялась к озеру, чтобы искупаться. 3Та, полагая, что это её суженый (л. 4)||, и в то же время, ‘как это и свойственно женщинам, будучи охвачена страхом’ из‑за его столь необычной наружности, опустив поводья и сильно дрожа всем телом, обратилась к нему в стихах своей родной страны, говоря таким образом:

{1.4.3} {Прозаический перевод:|Фр‑т 1 «Я вижу, как [мне навстречу] идёт ненавистный королю [Сигтрюгу] великан, – своей поступью он мешает [мне] и дальше идти своей дорогой. Или врут [мне] глаза? ‘Ведь часто бывает, что и под звериной шкурой прячутся отважные воины!’»}.

2<И тогда>b ‘Бесс ответил ей таким образом’:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 2 «3О девица, что терзает [плетью] бока своей лошади, ответь мне, как зовут тебя, а также поведай, из чьего происходишь ты рода?»}.

4Гро ему:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 3 «5Моё имя – Гро, отец мой – король. Он славится [благородными] предками и привык блистать своим оружием [на поле боя]. 6Также и ты расскажи нам о себе и поведай, из какого ты рода?»}.

{1.4.4} Бесс:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 4 «2Я – Бесс, [муж] отважный в бою, беспощадный к врагам, ужас чужеземцев. Своей [могучей] десницей я привык часто проливать чужую кровь»}.

3Тогда Гро:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 5 «4Я хотела бы знать, кто возглавляет ваш отряд? 5Кто тот вождь, чьи в бою вы несёте знамёна? 6Кто отдаёт вам приказы в сраженье? 7Кто ‘охраняет’ в бою [ваше войско]?»}23.

{1.4.5} На что Бесс:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 6 «2Нашим отрядом командует отмеченный Марсом Грам. Его не способны поколебать ни страх, ни [чья‑то чужая] мощь. Ни пылающий костёр, ни свирепый меч или же морские волны – ничто не может испугать его. 3С этим вождём во главе, о дева, мы и вздымаем вверх свои золотые боевые значки»}.

4Снова Гро:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 7 «5Убирайтесь отсюда той же дорогой, что и пришли. И да не раздавит весь ваш [отряд] войско [отца моего] Сигтрюга. Опутав ваши шеи верёвкойa, он вздёрнет вас на позорном столбе, после чего, надёжно связав ваши тела крепкими узлами, этот необычайно суровый [муж] ‘выбросит ваши трупы прожорливым вранам’24»}.

{1.4.6} Опять Бесс:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 8 «2Грам отправит его к Манам и отдаст Оркуb ещё до того, как тот успеет закрыть свои глаза, умерев своей смертью; охваченного вихрем, он сам отправит его в страшный Тартар. 3Мы совершенно не боимся войска свеев. 43ачем же ты, дева, угрожаешь нам этой ужасной гибелью?»}.

{1.4.7} Гро ему:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 9 «2Ну, тогда я поеду, желая снова увидеть кровлю отчего дома, и да пусть я больше не увижу отряды наглых приспешников [твоего] братаa. 3Вас же я умоляю <вернуться назад>b, [ведь только] тогда вы сможете избежать жестокой гибели»}.

4„На что ей Бесс:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 10 «5‘С лёгким сердцем возвращайся, дочь, к своему отцу’ и не нужно никого молить о нашей скорой погибели; пусть жёлчь не сотрясает твою грудь. 6Ведь, [как известно,] ‘поначалу женщина часто бывает строптивой и непреклоной с тем, кто её добивается, но потом – [всегда] уступает’»}.

{1.4.8} После чего Грам, не имея сил дольше сдерживаться, стараясь говорить как можно более низким голосом, с тем ‘чтобы сказанное им звучало страшно и ужасно’, обратился к девушке с такими словами:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 11 «2Пусть девица не пугается родного брата буйного великанаc; пусть она не бледнеет, видя как я приближаюсь к ней. 3Я действительно послан Грипомd, но при этом, если желание не обоюдноe, я никогда не попытаюсь оказаться ‘на девичьем ложе’, чтобы [предаться] любовным утехам»}. (окон. фр‑та из Анже) |

{1.4.9} Гро ему:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 12 «2Кто может быть столь безумной, что согласится стать шлюхой великана? Или кому может понравится [делить] с этим чудищем ложе? 3|Фр‑т 13Кто захочет стать женой этих бесов и принять в себя порождающее этих чудищ семя? Или захочет соединиться с великаном на собственном ложе? 4Кому понравится [прикасаться] своими пальцами к колючкам? Кто будет дарить свои чистые поцелуи грязи? Кто [захочет мириться] со столь неравнымf браком и прижиматься своим нежным телом к его волосатым конечностям? Не может быть и речи о том, чтобы наслаждаться Любовью, если сама природа отвергает это. Любовь таких чудищ это вовсе не то, на что должна соглашаться женщина»}.л. 4об.)||

{1.4.10} На это Грам:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 14 2«Много раз своей победоносной рукой я заставлял склонять передо мной ‘свои шеи могущественных королей’, одолевая <их>a заносчивое чванство своей могучей <десницей>b. 3Возьми же это червонное злато как дар, благодаря которому наш союз будет длиться вечно. И пусть будет прочным доверие между нами в супружестве нашем»}.

4С этими словами он сбросил свои личины и, явив девушке природную ‘красоту своего лица’, <одним>c своим видом внушил ей почти столь же сильное влечение к себе, каким прежде было её отвращение от его мерзкого наряда; склоняемая его красотой пасть в его объятья, Гро не отказалась принять от него и подарки, знаменующие его любовь к ней.

{1.4.11} Продолжая свой путь, он узнал от встречных людей, что далее на этой тропинке засели двое разбойников. 2Когда они устремились к нему, чтобы ограбить, Грам одним ударом убил сразу их обоих. 3Расправившись с ними и не желая, чтобы вышло так, будто этим он оказал вражеской стране услугу, он привязал тела погибших к шестам и установил их таким образом, что со стороны казалось, будто они крепко стоят на своих ногах. [Грам хотел,] чтобы и после своей смерти они хотя бы казались страшными тем, кому при жизни навредили на самом деле; дабы и после произошедшего своим видом они ужасали путников не меньше, чем ранее делали это своими поступками25.4Отсюда должно быть ясно, что, убивая разбойников, Грам заботился о себе, а не о Светии. О том же, сколь велика была его ненависть к свеям, станет понятно из описания его следующего блистательного подвига.

{1.4.12} Узнав от прорицателей, что Сигтрюга можно одолеть лишь при помощи золота, он немедленно покрыл им навершие своей деревянной палицы, и вооружившись ею в битве с этим королём, благополучно ‘добился желаемого’26. 2Всячески прославляя этот подвиг Грама, Бесс воспел его в следующей хвалебной песне:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 15 «3Свирепый Грам, вооружившись своей благословеннойa палицей и забыв о железном [клинке], множеством ударов сломил вражеский меч, после чего отбил и [все] направленные в него удары копий своего могучего противника. 4Исполняя высшую волю и приговор, он попрал славу беспомощных свеонов и предал смерти их короля, поразив его своим тяжёлым златом. 5Ибо, поразмыслив о воинском <искусстве>b, он взял [в свои руки] блистающую червонным золотом дубину, одержал победу и заставил корчиться у своих ног павшего вражеского вождя. 63ная, что по воле богов врага нельзя поразить железом, он укротил его силой своего злата; оставив бесполезный меч, он предпочёл воевать более подходящим для этой цели металлом. 7Это и прежде довольно широко известное сокровище, которому его создатель воздаёт похвалу и считает его самым прекрасным на свете, после этого стало ещё более знаменитымc»}.

{1.4.13} Убив короля Светии Сигтрюга, ‘Грам захотел утвердить свою добытую силой оружия власть над его страной’. Заподозрив префекта Гётии Сварина27 ‘в стремлении к королевской власти’, Грам ‘вызвал его на поединок’ и убил. Также и его братьев, семь из которых были рождены в браке, а девять произведены на свет наложницей, захотевших было отомстить ему за смерть Сварина, он встретил в неравном бою и [также] всех их перебил.

{1.4.14} Его отец Скьёльд, будучи уже в преклонном возрасте и побуждаемый к этому блестящими подвигами Грама, решил сделать его ‘своим соправителем’. Он посчитал, что разделить верховную власть в королевстве со своим родным сыном будет и полезнее, и удобнее, нежели чем на закате жизни нести это бремя (л. 5)|| [в одиночку] и без чьей‑либо помощи. {Ринго}  2Тогда же один благородного происхождения сьяландец по имени Ринго посчитал, что Грам этой чести ещё недостоин, а Скьёльд для неё уже ‘слишком слаб’, в качестве причины указывая при этом на немощный возраст каждого из них. Он поднял мятеж, в котором приняло участие большинство данов, и торжественно объявил, что ни Грам, ни Скьёльд не годятся для королевской власти, один – в силу детского [возраста], а другой из‑за своего старческого слабоумия. 3В конце концов, пав сражённый ими в битве, он явил людям пример того, что ничей возраст не чужд доблести.

{1.4.15} Грам совершил также и множество других достойных короля подвигов. 2Так, [однажды] он объявил войну {Сумбл}  королю финнов Сумблу; однако, увидев его дочь Сигне, {Грам, 5‑й король [данов]}  он отложил своё оружие в сторону и из врага превратился в жениха. Сумбл пообещал [отдать] её Граму, [но лишь] после того как тот откажется от своей [первой] жены. {Свибдагер}  3И вот, когда Грам был очень занят войной с норвежцами, которую он начал против их короля Свибдагера28 из‑за того, что тот обесчестил сестру и дочь Грама, гонец сообщил ему, что Сигне, в нарушение данных Граму обещаний, была обещана своим отцом Сумблом в жёны королю Саксонии Хенрику. ‘Ценя эту девушку более, чем своих воинов’, он оставил своё войско и тайком отправился в страну финнов, прибыв туда в самый разгар свадебных застолий. Одевшись в лохмотья, он занял самое скромное место за столом. 4Когда его спросили, что он умеет, от ответил, что искусен во врачевании. 5Наконец, когда все уже изрядно опьянели, он пристально взглянул на девушку и посреди буйного веселья пирующих, всячески проклиная женское непостоянство и превознося свои доблести, излил всю силу своего негодования в следующей песне:

{1.4.16} {Прозаический перевод:|Фр‑т 16 «Один против восьмерыхa – я разом поразил всех их своими смертоносными копьями, своим разящим мечом я убил ещё девятерых; ибо когда я лишил жизни Сварина, который несправедливо пользовался своими титулами и незаслуженно хотел снискать славу своему имени, я часто пятнал чужой кровью свой окровавленный смертями и мокрый от убийств клинок и никогда не боялся бряцаний куцых мечейb своих врагов или блеска их шлемов. 2Ныне же, подло меня бросив и прокляв наш прежний брачный союз, дочь Сумбла жестокая Сигне даёт обещания уже другому, непостоянством своей любви ещё раз показывая женскую ветреность. Заранее отвергнув просто благородных, она запутала, распалила и опозорила самых знатных мужей, не была ни с кем постоянна, но всегда пребывала в сомнениях, ведя себя уклончиво и двусмысленно»}.

{1.4.17} ‘Сказав это’, он вскочил со своего места и, оказавшись рядом с находящимся в кругу друзей и ‘посреди торжественной трапезы’ Хенриком, зарубил его, после чего, перебив также и значительную часть собравшихся гостей, он выхватил у подружек невесту и ‘унёс её с собой на корабль’. {Против финнов}  2Так, ‘превратив свадьбу в похороны’, он преподнёс финнам урок того, что не следует вмешиваться в любовные дела других людей.

{1.4.18} Совершив всё это, Грам впоследствии был убит королём Норвегии Свибдагером, которому он хотел отомстить за то, что тот обесчестил его сестру и ‘покушался на невинность его дочери’. 2Та битва стала знаменитой благодаря участию в ней саксонского войска, которое было прислано на помощь Свибдагеру не столько из‑за тёплого отношения саксонцев к нему самому, сколько из‑за того, что они очень хотели отомстить за Хенрика.

{1.5.1} {Гудорм, Хадинг, Сигне}  После того как Свибдагер завладел Данией, сыновья Грама29 – Гудорм30 и Хадинг31, ‑ один из которых был рождён Гро, а другой Сигнеc, своим воспитателем Брахе были отправлены на корабле в Светию, где их передали великанам Вагнхофду и Хафлию32, с тем чтобы те их не только воспитывали, но и защищали.

{1.5.2} Поскольку теперь я должен буду вкратце поведать об их жизни, и дабы не показаться тем, кто выдаёт за правду то, что противоречит вещам общеизвестным или ‘не соответствует достойной веры истине’, {Три вида чародеев}  я считаю важным сообщить, что в древние времена жили три вида чародеевa, которые при помощи различных фокусов могли совершать удивительные чудеса.

{1.5.3} Первые из них – это безобразные на вид (л. 5об.)|| чудища, которых в древности называли «великанами»; благодаря огромным размерам своих тел они значительно превосходили всё то, что отведено [от природы] человеческому роду.

{1.5.4} За ними следуют вторые – те, что, лучше всех разбираясь ‘в тайнах природы’b, были знакомы с пифоническим искусствомc 33.2Своей телесной силой они уступали великанам настолько же, насколько в свою очередь превосходили их дарованиями своего пытливого разума. 3Между ними и великанами шли постоянные войны за господство над миром. [Их противостояние продолжалось] до тех пор, пока волшебники не победили и силой оружия не покорили род великанов, присвоив себе не только право повелевать, но и также став назвать себя [после этого] богами. {О разного рода обманах}  4И те, и другие были весьма опытны в том, чтобы обманывать зрение других [людей], ‘произвольно меняя свою и чужую внешность на изображения различных вещей’, ‘благодаря их обманчивому виду [успешно] скрывая то, кем они являются на самом деле’.

{1.5.5} Относящиеся к третьему виду люди произошли от смешения первых двух видов, при этом они даже близко не походили на них ни размерами своих тел, ни в занятиях волшебным искусством. 2Тем не менее именно они, смутив своими фокусами разум у обманутых ими людей, и считались у них божествами.

{1.5.6} Впрочем, стоит ли удивляться, что варвары, поражённые необычайными чудесами этих людей, покорились и стали поклоняться ложной религии, если [даже] сведущие в науках латиняне также были соблазнены ими и оказывали божественные почести тем, кто был простым смертным? 2Эту тему я затронул [лишь] для того, чтобы преодолеть недоверчивость своего читателя в тех случаях, когда моё повествование будет касаться различных чудес и фокусов. Закончив с этим, теперь я снова продолжу свой рассказ.

{1.5.7} {О гибели Грама}  Убив Грама, Свибдагер получил власть над Данией и Светией. По настоятельным просьбам своей жены он возвратил из ссылки её брата Гудорма, а после того как тот пообещал платить ему дань, Свибдагер поставил его [править] над всеми данами. {Хадинг, 6‑й кор. [данов]}  Хадинг же полученной от врага награде предпочёл месть за своего отца.

{1.6.1} Уже в самой юности, ‘благодаря своим выдающимся природным задаткам’, Хадинг походил на зрелого мужа. Пренебрегая чувственными удовольствиями, он старался всё своё время отдавать ‘упражнениям с оружием’ и, помня, что рождён воинственным отцом, считал, что всю свою жизнь должен посвятить изучению воинского ремесла.

{1.6.2} Его могучий дух соблазнами своей любви пыталась смягчить дочь Вагнхофда Хардгрепа34, всячески склоняя его к тому, что свой первый супружеский долг своими ласками он обязан выплатить той, которая в детстве со всей заботой занималась его пелёнками и давала ему его первые погремушки. 2Не довольствуясь простыми словесными увещеваниями, она обратилась к нему со следующими стихами:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 17 3К чему тебе эта ‘жизнь скитальца’? Почему ты остаёшься одиноким и испытываешь влечение [только] к оружию, предназначенному [лишь] для того, чтобы перерезать чужие глотки? 4Моя красота не привлекает тебя. Увлечённый своим неистовым безумием, ты почти не уделяешь внимания Венере. 53ная всё об убийствах и кровопролитии, ты предпочитаешь войну постели и не подкрепляешь свой дух страстями. 6Нет покоя твоей ярости; увяло веселье, расцвела грубость; ты не чужд нечестия, тогда как следовать обрядам Венеры тебе неприятно. 7Пусть сгинет этот ненавистный холод и вместо него пусть придёт любовная страсть. Обещай любить меня: ‘ту, кто первая в детстве кормила тебя своим грудным молоком’ (л. 6)|| и, выполняя обязанности матери, всегда внимательная к твоим желаниям, помогала тебе}.

{1.6.3} Когда он возразил ей, указав на то, что её тело слишком велико для объятий смертного, ибо дарованные ей природой размеры, без сомнения, соответствуют больше роду великанов[, а не людей], 2она ответила ему: «Пусть тебя не беспокоит величина моего тела. 3Моя субстанция такова, что способна становиться то более сжатой, то более объёмной, то худой, то [снова] <полной>a, в силу чего я могу быть такой, какой сама пожелаю, то уменьшая, то увеличивая размеры своего тела; могу своей головой достать до облаков, а могу превратиться в более скромного по своей стати человека». 4Поскольку он всё ещё сомневался и медлил поверить сказанному ей, она добавила к своим словам следующие стихи:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 18 «5Не бойся разделить со мной ложе, юноша. 6Я привыкла в два раза изменять размеры своего тела, и также в два раза я умею изменять мощь своих сил. 7Ведь я могу по своей собственной воле принимать вид кого‑то совершенно другого: сейчас мне по плечу звёзды и я почти касаюсь чертогов Громовержца, затем я снова уменьшаюсь до тех размеров, что отведены простому человеку, и вот моя голова, та, что ещё недавно касалась небес, снова видит земную твердь. 8Таким образом, я меняюсь, с лёгкостью принимая облик разных тел: то мои члены коченеют от жестокого холода, то, приняв облик другого тела, начинают расти и достигают заоблачных вершин. То я становлюсь очень маленькой, то вырастаю настолько, что приходится стоять на согнутых ногах, и так ‘[подобно] воску я [постоянно] меняюсь, принимая всё новые обличья’. 9И не должен удивляться мне тот, кто знаком с Протеем. 10Моя изменчивая внешность никогда не бывает такой, как прежде: она то сжимает свои растянутые конечности, то, когда они сжаты, снова протягивает их. Своим видом она двояка: то распутывает, то снова сворачивает свои члены в кольцо. 11Я распрямляю свои сжатые члены и, когда они вытянуты, сразу же сворачиваю их; будучи двоякой по своему внешнему виду, моя наружность знаменует собой два различных удела для тех, кто с ней сталкивается: своим большим ростом я устрашаю высокомерных, скромный же вид я принимаю, когда хочу близости с мужчиной»}.

{1.6.4} Этими уговорами ей удалось склонить Хадинга к близости, после которой она воспылала столь великой любовью к этому юноше, что, когда ей стало известно о намерении Хадинга вернуться на родину, ‘она, не колеблясь, переодевшись в мужское платье, посчитала за счастье разделить с ним все его труды и невзгоды’, 2став [верным] спутником Хадинга в его скитаниях. Как‑то раз они остановились на ночлег в одном доме, где в это время совершались траурные похоронные обряды, поскольку хозяин этого дома тогда уже умер. {О магическсм искусстве}  3Желая с помощью магии узнать то, что им уготовано свыше, она вырезала на дереве какие‑то весьма страшные заклинания и, после того как Хадинг положил их под язык умершего, заставила его своим ужасным голосом поведать им следующие стихи35: (л. 6об.)||

{1.6.5} {Прозаический перевод:|Фр‑т 19 «Да будет проклят тот, кто тянет меня из бездны обратно, и пусть постигнет кара того, кто вызывает души из Тартара. 2Всякий, кто меня, по воле судьбы уже мёртвого и безжизненного, вызвал из подземного царства и заставил снова оказаться под чистым небом, в наказание синеющему скорбными тенями Стиксу заплатит своей собственной смертью. 3Однако вопреки своей воле и желанию я всё же должен ответить, и я принёс не самые радостные вести. 4Покинув этот дом, вы придёте к узкой тропинке в лесу, где и станете добычей демонов. 5И тогда ты, кто вызвал наш прах из преисподней и позволил нам снова увидеть солнечный свет, кто всячески склоняет призванные тени снова связать себя узами плоти, горько пожалеешь об этом. 6Да будет проклят тот, кто тянет меня из бездны обратно, и пусть постигнет кара того, кто вызывает души из Тартара. 7Ибо тогда порождённая чудовищным смерчем зловещая гибель могучим ударом будет выпускать внутренности, а её десница, отрывая конечности и терзая схваченные тела, безжалостными когтями будет лишать жизни; ты, Хадинг, сохранишь свою жизнь: твоя тень не отправится в царство мёртвых, а твой дух, понурясь, не погрузится в воды Стикса; 8но та женщина, которая совершила преступление, заставив несчастные призраки вернуться сюда, должна умилостивить наш прах, сама став прахом. <Да будет проклят тот, кто тянет меня из бездны обратно, и пусть постигнет кара того, кто вызывает души из Тартара»}36.

{1.6.6} Когда же они и в самом деле достигли вышеупомянутого леса и заночевали ‘в устроенной ими хижине из веток’, Хадинг неожиданно увидел чью‑то необычайно больших размеров руку, шарившую внутри их [временного] пристанища. 2Устрашённый этим чудищем, он со слезами обратился за помощью к своей кормилице. 3Хардгрепа, увеличившись в своих конечностях и выросши до огромных размеров, крепко схватила эту руку и велела своему питомцу отрубить её. 4‘То, что хлынуло из этой весьма отвратительного вида раны, более напоминало гной, чем кровь’37. 5Впоследствии в наказание за это своё преступление Хардгрепа была разорвана своими сородичами: ‘от чужих когтей не спасли её ни происхождение, ни огромный рост’.

{1.6.7} {Здесь в первый раз появляется Óдин}  После того как Хадинг потерял свою кормилицу, какой‑то одноглазый старик, сжалившись над его одиночеством, связал его торжественной клятвой с одним морским разбойником по имени Лисер38. {Древний способ заключения союза}  2Дело в том, что наши предки, желая заключить союз, имели обыкновение окроплять отпечатки своих шагов кровью друг друга, давая таким образом залог нерушимости своей дружбы39.33аключив этот уговор и ‘связав себя узами теснейшего союза’, Лисер и Хадинг объявили войну правителюaкуретов40 Локиру. 4Когда же они были побеждены им, вышеупомянутый старик на своём коне отвёз спасавшегося бегством Хадинга в свой дом и там, после того как он восстановил свои силы с помощью некого весьма приятного на вкус напитка, рассказал ему, что благодаря этому в будущем его тело обретёт ещё большую (л. 7)|| мощь41.5Своё пророческое наставление он изложил в следующих стихах:

{1.6.8} {Прозаический перевод:|Фр‑т 20 «В будущем, думая, что ты пытаешься убежать, придёт враг, который нападёт на тебя, стремясь заключить тебя в оковы и ‘бросить в пасти зверей, дабы ты был ими растерзан и съеден’: ты же поначалу развлекай своих стражей разными историями, а когда они пресытятся пиршеством и их охватит глубокий сон, избавившись от пут и крепких оков, беги42.2Уноси свои ноги; и если вскоре на своём пути ты встретишь хищного льва, что есть сил нападай на него, ведь он привык оставлять после себя лишь трупы пленников. Своими крепкими мускулами сожми бока этого дикого зверя, а обнажённым мечом вскрой сосуды его сердца. 3Тут же лови дымящуюся кровь из его разорванной глотки, а своими острыми зубами хватай плоть его тела43.4‘И тогда твои члены обретут новую мощь, твои сухожилья вдруг станут ещё крепче, и огромная энергия наполнит изнутри твои жилистые конечности’ 44. 5Отвечая на твои мольбы, я сам помогу тебе спастись, погружу прислужников в беспамятство и сделаю так, что они будут беспробудно храпеть всю долгую ночь»}.

{1.6.9} ‘Сказав это’, он посадил юношу на коня и повёз обратно, намереваясь оставить его там же, где прежде они встретились. 2Испуганный Хадинг, чрезвычайно поражённый всем произошедшим с ним за время этого путешествия, через дыры в плаще, которым он укрывался, заметил, что под копытами коня – море; и тогда старик велел ему не смотреть на то, что видеть ему было не позволено, и ‘тот отвёл свой полный изумления взор от созерцания этого вселяющего в него ужас пути’.

{1.6.10} Будучи схвачен Локиром, он испытал на себе в точности всё, что было ему предсказано. {Король Геллеспонта Хандван}  Затем он начал войну с королём Геллеспонта45 Хандваном46, который укрылся от него в окружённом неприступными стенами городе Дуна47, более надеясь на эти укрепления, чем на свою способность противостоять ему <в открытом бою>a. 2Поскольку стены города были слишком высоки, чтобы отважиться брать город приступом, {Военная хитрость Хадинга}  Хадинг приказал людям, опытным в ловле пернатых, наловить разных птиц, чьи гнёзда находились в этом городе, и привязать к их крыльям зажжённые фитили; птицы, ища спасения в своих гнёздах, улетели обратно, из‑за чего в городе начался пожар48.3Все горожане бросились тушить огонь, из‑за чего городские ворота остались без защиты. [Немедленно] напав на город, Хадинг схватил Хандвана и в качестве выкупа велел ему ‘заплатить столько золота, сколько весил сам Хандван’b. ‘Хотя Хадинг мог убить своего врага, однако он предпочёл подарить ему жизнь’. – Вот до какой степени милосердие этого мужа было способно обуздывать его свирепость!c

{1.6.11} После этого, победив сильные воинства стран Востока, он решил вернуться в Светию. {Убит Свибдагер}  Встретив у Гутландии49 огромный флот Свибдагера, он напал на своего врага и в начавшемся сражении одолел его. Таким образом, на высшую ступень славы он вознёсся не только из‑за военной добычи, захваченной в чужих странах, но и благодаря трофеям своей мести за отца и брата. – Сменив жизнь в изгнании на королевскую власть, он смог возвратиться на родину лишь снова став королём в ней.

{1.7.1} {Епископская кафедра в Упсале в Светии}  В те времена во всей Европе славой божества обманным образом завладел некий Óдин, который большей частью жил в Упсале, избрав этот город для своего уединённого обитания ‘то ли благодаря невежеству тамошних жителей, то ли из‑за красоты этих мест’. 2Короли Севера, желая ещё усерднее оказать почести его божественности, покрыли его изображение золотом50 и унизали его руки множеством тяжёлых браслетов51. Затем эту статую с самыми искренними изъявлениями своей верности они отправили в Византий в доказательство своего ‘почтения’ к нему. 3Тот же, весьма обрадовавшись столь великой своей известности, с большим удовольствием (л. 7об.)|| принял этот подарок. {О жене Óдина Фригге}  4Его супруга Фригга, желая выглядеть более нарядно, призвала кузнецов и ‘велела им содрать золото с этой статуи’. 5[Узнав об этом,] Óдин приказал их повесить, а статую ‘установил на постаменте’ и снабдил удивительным устройством, благодаря которому, когда человек касался её, она начинала говорить52. 6Тем временем Фригга, по‑прежнему предпочитая блеск своего наряда божественным почестям мужа, предалась разврату с одним из слуг, с чьей помощью статуя [затем] была повалена, а предназначенное для всеобщего почитания золото стало средством для удовлетворения страсти к роскоши частного лица53.7Эта, считавшаяся супругой божества, недостойная женщина без раздумий предалась разврату, чтобы тем быстрее удовлетворить свою алчность. 8Что ещё можно добавить к этому? Какое божество, такая у него и жена! 9Сколь же велико было невежество людей, если их дурачили такими фокусами! 10Óдин же, раздражённый двойным преступлением своей жены, от ущерба, нанесённого его статуе, негодовал не меньше, чем от покушения на свою постель. 11Итак, задетый за живое ‘этим двойным бесчестьем’, со стыда он отправился в изгнание, посчитав, что [только] таким образом сможет смыть свой позор54.

Фреге, Тор и Óдин
Фреге, Тор и Óдин

{1.7.2} {Мидодин}  После ухода Óдина его место, а равным образом и право называться божеством, занял некий Мидодин, человек также весьма искусный в фокусах и якобы знакомый с тайнами небожителей; он завлёк души варваров во мрак нового невежества и своими мнимыми чудесами склонил их к тому, чтобы они начали воздавать почести его имени. 2‘Он утверждал, что жертвами, приносимыми соборно и всем сразу богам, нельзя ни утишить их гнев, ни умилостивить их за оскорбление их воли; поэтому он запретил отправление общих жертвоприношений, назначив для каждого из богов отдельные возлияния’. 3Когда же вернулся Óдин, оставив все свои чудеса, Мидотин попытался бежать в Феонию55, намереваясь там спрятаться, однако [вскоре] погиб в стычке с местными жителями. 4Впрочем, отвратительные дела продолжали происходить и после его гибели. Так, всякий, кто приближался к его могиле, внезапно умирал. Кроме того, после его убийства начался столь сильный мор, что казалось, будто после своей смерти он желает оставить о себе ещё более ужасную славу, чем ту, что стяжал при жизни, или же, что он собирается наказать виновных в своей гибели. 5Столкнувшись с этой напастью, местные жители, выкопав его тело из кургана, отрубили ему голову56 и вонзили в грудь острый кол; [только] это и принесло народу желаемое облегчение.

{1.7.3} После этого, ‘когда его супругу [постигла уготованная ей] судьба’, Óдин, восстановив видимость прежней славы и, как казалось, загладив нанесённое своей божественности бесчестие, возвратился из изгнания и всех, кто в его отсутствие незаслуженно пользовался положенными лишь божеству почестями, принудил отказаться от них. С приходом Óдина, словно мрак при виде сияния его божественности, рассеялись и все появившиеся в его отсутствие сонмы волшебников. 2Он не только заставил этих людей отказаться от имени богов, но и своей властью обязал их покинуть страну, посчитав, что те, кто беззаконно причислили себя к обитателям небес, должны стать изгоями уже на земле.

{1.8.1} {Асмунд}  Между тем сын Свибдагера Асмунд, желая отомстить за [гибель] своего отца, пошёл войной на Хадинга. И когда он узнал, что ‘его сын Хенрик, которого он любил больше собственной жизни’, отважно сражаясь, пал, его душа возжаждала смерти и возненавидела белый свет. Громким голосом Асмунд запел такую сочинённую им песнь:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 21 «2Кто тот храбрец, что теперь примет мои доспехи? Ни к чему сверкающий шлем тому, кто уже пошатнулся, броня не защитит того, кто уже падает; мой сын убит, так предадимся же безумству битвы. 3Сильная любовь к нему сведёт меня в могилу; пусть же теперь я не переживу своего милого сына! 4Я возьму свой меч обеими руками; без щита, с голой грудью и со сверкающими клинками в руках предадимся же битве! 5Слава о нашей отваге будет сиять вечно. Смелее давите толпу врагов! Пусть не слишком долго они утомляют нас битвой; пусть, обессилев, не останавливается наш натиск, и да не обратимся мы в бегство»}. (л. 8)||

{1.8.2} Произнеся это, он взялся за рукоять своего меча обеими руками и, не обращая внимания на опасности, убрав щит за спину, убил весьма многих своих врагов. 2Тогда Хадинг призвал на помощь войско своих друзей, и сразу же появился Вагнофт57, который пришёл, чтобы сражаться на его стороне. 3Увидев его изогнутое оружие, Асмунд громким голосом обратился к нему со следующей песнью:

{1.8.3} {Прозаический перевод:|Фр‑т 22 «Зачем машешь ты своим ‘изогнутым оружьем’? 2Мой кинжал принесёт тебе смерть, моё изогнутое копьё убьёт тебя. 3Ведь вместо того чтобы победить врага своей десницей, ты бранишь его в песнях, надеясь на слова более, чем на силу, ты полагаешь, что настоящая мощь заключается в более многочисленном войске. 43ачем меня ты пугаешь своим щитом, к чему грозишь мне своим дерзким дротиком, ты, кто запятнал себя отвратительными преступлениями и позором? 5Клеймо позора на тебе, смердящем пороками уроде»a}.

{1.8.4} Пока он произносил эти слова, Хадинг пронзил его своим ‘метательным копьём’58.2Впрочем, смерть Асмунда не осталась без [некоторого] утешения. 3Дело в том, что, собрав последние силы, он всё‑таки смог ранить своего убийцу в ногу, наказав его постоянной хромотой и оставив память о своей гибели в виде этой, [впрочем, довольно] незначительной, мести. 4Таким образом, один поплатился увечьем своей конечности, а другой – жизнью. 5Его тело со всей торжественностью и королевскими почестями было похоронено в Упсале. {О смерти Гунильды}  6Супруга Асмунда Гунильда, не желая оставаться в живых после гибели мужа, сама себя лишила жизни мечом, посчитав, что разделить судьбу мужа для неё будет более правильным, чем сохранить себе жизнь. 7Во время похорон друзья присоединили её тело к праху супруга, считая достойной покоиться в кургане Асмунда ту, которая любовь к нему поставила выше своей жизни. 8Так умерла Гунильда; ‘обняв своего мужа, в могиле она выглядела ещё краше, чем когда делала это на ложе при жизни’.

{1.8.5} ‘В то время как после одержанной победы Хадинг разорял Светию, {Уффо}  сын Асмунда по имени Уффо, не желая [рисковать], встречаясь с Хадингом на поле боя, переправил своё войско в Данию, полагая, что лучше разорять дома врагов, чем оберегать свои собственные, а также посчитав, что самый лучший способ отплатить за совершённую несправедливость, это сделать врагу то же, что сделал он сам. 2Когда же даны, предпочитая спасение Отечества господству на чужими землями, были вынуждены возвратиться домой защищать свою собственную страну, Уффо также поспешил вернуться в освобожденную от врагов родную землю’.

{1.8.6} Вернувшись с войны со свеями, Хадинг обнаружил, что его казна, куда он обычно откладывал захваченную им на войне добычу, расхищена. Немедленно повесив хранителя казны Глумера, {Хитрая уловка Хадинга}  Хадинг ‘решил затем прибегнуть к хитрости’ и объявил, что если кто‑то из преступников вернёт украденное, то получит ту почётную должность, которую прежде занимал Глумер. 2На это обещание откликнулся один из виновных, чьё желание получить награду оказалось сильнее намерения скрыть своё преступление. И он поспешил вернуть королю украденные деньги. 3Его сообщники, полагая, что он стал самым близким другом государя, и веря, что оказанные ему почести щедры настолько же, насколько и искренни, а также и сами питая надежды на часть этой награды, вернули деньги и тем самым изобличили свою вину. 4Их признание поначалу было встречено почестями и наградами, но вскоре после этого все они были казнены. Этот пример показал, что нельзя быть таким <легковерным>a. 5Я также полагаю, что те, кого могло ‘уберечь спасительное молчание’ и кого до гибели довела их безрассудная болтливость, были вполне достойны виселицы за свою несдержанность.

{1.8.7} Покончив с этим, Хадинг провёл всю зиму всячески готовясь к началу новой войны. Как только весеннее солнце прогнало стужу, он снова направился в Светию и воевал там пять лет. 2‘Поскольку за время долгого похода были съедены все припасы, его воины дошли до крайнего истощения и были вынуждены унимать чувство голода лесными грибами. 3Когда из‑за нехватки самого необходимого, были съедены (л. 8об.)|| кони’, они были вынуждены обратиться к собачьей падали, 4а под конец не посчитали позорным начать употреблять в пищу даже человеческую плоть. 5И вот, когда этой нуждой даны были доведены уже до самой крайней степени отчаяния, глубокой ночью в своём лагере ‘они услышали исполняемые неведомым голосом такие стихи’:

{1.8.8} {Об одном удивительном случае}  {Прозаический перевод:|Фр‑т 23 «‘Напрасно покинули вы отчие дома’, надеясь за время войны разорить эти поляb. 2‘Какая же глупая мысль завладела вашими умами?’ Что за слепая самонадеянность поразила ваши чувства, если вы посчитали, что эта земля может быть захвачена вами? 3Чужеземцам не удастся ни покорить, ни уничтожить оружием силу свеев. 4Ваши полчища начнут таять, как только вы осмелитесь вступить в бой с нашими воинами. 5Ибо когда бегство расстроит строй отважных, а слабые духом бойцы будут поколеблены, тогда тем, кто был первым в битве будет дана воля убивать показавших спину; они смогут лучше нанести удар своим мечом, ‘когда судьба обратит в неудержимое бегство тех, кто хотел снова начать бой’; ведь не сможет даже попасть в цель своим копьём тот, кому мешает страх»}.

{1.8.9} Это пророчество исполнилось на рассвете следующего дня, когда в жестоком бою пало множество данов. 2Следующей же ночью ‘свейские воины услышали следующие слова, причём никто [также] не знал, кто произнёс их’:

{Прозаический перевод:a|Фр‑т 24 «33ачем Уффо бросает мне вызов своим упрямым сопротивлением? 43а это он должен быть строго наказан. Пусть его пронзят многие копья и он падёт бездыханный, искупив этим своё дерзкое непослушание. 5Пусть не останется безнаказанным преступление его дерзкой гордыни. Вот моё пророчество: когда начнётся битва и воины будут мерятся силами, вражеские дротики облепят его члены и будут везде уязвлять его тело, нанося кровоточащие раны, которые некому будет перевязать; ничто не сможет залечить его глубокие раны»}.

{1.8.10} Когда же этой ночью оба войска [снова] сошлись в бою, {Два страшных [старика]}  было видно, как два лысых старика, наружностью более страшные, чем обычные люди, демонстрируя всем при свете звёзд свою отвратительную лысину, разделили свои чудовищные усилия между противоборствующими сторонами. 2Один бился на стороне данов, другой выделялся своим усердием на стороне свеонов59.

{1.8.11} Побеждённый Хадинг искал спасения в Хельсингии и там, ‘решив однажды освежить своё перегретое солнечным теплом тело прохладной морской водой’, он столкнулся с неким диковинным зверем. {Преступление Хадинга}  Уложив его множеством ударов, он поспешил отнести его тушу в лагерь. 2Хадинг был очень горд совершённым подвигом, покуда не повстречал женщину, которая обратилась к нему с такими словами:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 25 «3Бредёшь ли ты по полю или распускаешь паруса в море – ненависть богов будет всюду преследовать тебя, и по всему миру твои начинания будут сталкиваться с враждебной стихией. 4Если ты забросишь пашню, чтобы бежать [от своей судьбы] в море, тебе, скитальцу, в постоянные спутники будет дана буря, и стужа нигде не оставит твои парусаb; если ты захочешь стелить кровлю, она, не выдержав проверки временем, рухнет; твой скот [также] погибнет ‘от сильного мороза’. 5Все твои вещи придут в негодность, что сделает горьким твой нынешний удел. 6Тебя будут избегать, как вредоносную чесотку, и даже чума не будет для людей более отталкивающей(л. 9)| |, чем ты. Вот какую кару назначили тебе всемогущие небеса! 7Дело в том, что одного из небожителей, принявшего чужое обличье, убила твоя ‘святотатственная рука’. Ты убил того, чьи сосцы кормили тебя! И поэтому теперь, стоит тебе только выйти в море, как ‘могучая ярость темницы Эола’ сразу же обрушится на тебя. 83ефир и губительный Борей, а также Австр набросятся на тебя и в союзе друг с другом будут соревноваться в своих разрушительных порывах. Всё это будет продолжаться до тех пор пока ты не умилостивишь суровых богов надлежащей жертвой и не искупишь свою заслуженную вину подходящим подношением»}a 60.

{1.8.12} Когда Хадинг вернулся, с ним произошло всё как ему и было предсказано; одним своим появлением он ‘приносил беспорядок’ туда, где прежде было совершенно спокойно. 2Стоило ему выйти в море, как чудовищной силы шторм уничтожил его флот; 3а когда, потерпев кораблекрушение, он попросил у кого‑то о приюте, у того человека сразу же обрушился дом. 4От этой напасти он избавился лишь после того, как смог вернуть себе милость богов, загладив своё преступление [обильными] жертвоприношениями. {О боге Фрё}  5А именно, чтобы успокоить богов, он ‘принёс чёрные жертвы’ богу Фрё 61. 6Это жертвоприношение ‘он совершал каждый год заново’, завещав так же поступать и своим потомкам. 7Свеоны называют это «Фрёблод»62.

{1.8.13} Узнав однажды, что дочь короля <нидеров>b 63 Хаквина Регнильда обещана в жёны какому‑то великану, Хадинг пришёл в негодование от этого позорного дела, после чего, всячески проклиная предстоящий союз, он решил совершить благородный поступок и помешать заключению этого брака. Отправившись в Норвегию, он убил там этого домогавшегося девушки королевской крови мерзкого великана. 2Дело в том, что он настолько предпочитал доблестные дела безделью, что, хотя и мог наслаждаться подобающими королям утехами, считал более достойным и получал больше удовольствия, мстя за причинённые не только ему, но и другим людям несправедливости. 3Не знавшая, кем был её покрытый многочисленными ранами благодетель, девушка изо всех сил старалась излечить его. 4И чтобы время не смогло заставить её забыть о нём, в его рану на голени она вложила колечко, оставив таким образом на нём отметину. 5Впоследствии отец даровал ей право самой выбрать себе мужа. И когда молодые люди собрались на пир, она принялась тщательно осматривать их тела, внимательно ища оставленные некогда ей самой отметины. 6Отвергнув всех прочих, благодаря спрятанному кольцу, она узнала Хадинга и обняла его, выбрав себе в мужья того, кто не захотел смириться с тем, чтобы она стала женой великана.

{1.8.14} {Об одном удивительном чуде}  Пока Хадинг гостил у неё, с ним случилось одно удивительное происшествие. 2Как‑то раз во время обеда он заметил, что находившаяся на земле возле очага женщина, которая принесла цикуты, подняла голову и, расправив складки своей одежды, как ему показалось, спросила: «Где в мире в зимнюю пору может расти такая трава?». 3Королю захотелось узнать это, и тогда, окутав своим плащом, она увела его с собой под землю. {Харальд (так!) живым побывал в Преисподней}  ‘Как я полагаю, это подземные боги решили, что Хадинг ещё при жизни должен повидать те места, где ему суждено было оказаться после смерти’. 4Сначала им пришлось идти в тёмной и зловонной мгле, после чего, вступив на какую‑то разбитую от частого пользования тропинку, они увидели юношей и облечённых в пурпур их предводителей; пройдя мимо, они наконец добрались до мест, освещаемых солнцем, где и росли те травы, которые принесла эта женщина. 5Идя далее, они добрались ‘до стремительно текущих, чёрных, как смоль, вод реки, в бурных водоворотах которой с большой скоростью проносилось разное оружие’64. Через реку был перекинут удобный мост. 6Пройдя по нему, они увидели, как ‘друг с другом сражаются два многочисленных войска’; когда Хадинг спросил, кто это, та ответила: «это те, кто погиб от меча, беспрестанно изображают то, как именно они были убиты; тем самым они воспроизводят здесь подвиги своей прошлой жизни». 7Когда они пошли далее, дорогу им преградила стена, к которой им было трудно подобраться или же перелезть через неё. Женщина попробовала перепрыгнуть через неё, но тщетно – ей не удалось этого сделать даже несмотря на своё худое и морщинистое тело; тогда она перебросила через это препятствие отрубленную голову петуха, которого она на всякий случай взяла с собой; птица сразу же ожила и, громко прокукарекав, возвестила о своём возвращении к жизни65.

{1.8.15} {Хадинг вернулся}  Возвратившись на землю, Хадинг решил вместе со своей женой отправиться обратно к себе на родину, при этом, благодаря быстрому ходу своего корабля, он разрушил козни погнавшихся было за ним морских разбойников. 2Хотя ветер одинаково благоприятствовал им обоим(л. 9об.)||, да и парусов у них было одинаково, они так и не смогли догнать его.

{1.8.16} Между тем Уффо, у которого была удивительной красоты дочь, пообещал отдать её тому, кто лишит Хадинга жизни. 2Это обещание показалось весьма привлекательным для некого Тунинга, и он, собрав войско из жителей Бьярмии66, постарался заполучить эту вожделенную награду. 3И вот, когда, намереваясь сразиться с ним, Хадинг со всем своим флотом плыл вдоль берегов Норвегии, {Об одном старике}  он неожиданно для себя заметил на суше старика, отчаянно машущего ему своим плащом, всячески побуждая данов причалить к берегу. 4Хотя его люди и возражали, доказывая, что это станет ненужным уклонением от цели их похода, Хадинг взял этого старика к себе на корабль и в его лице получил человека, знающего, ‘как правильно следует расставить3 войско’ на поле боя67. По его мнению, наилучший боевой порядок это обычно тот, когда ‘первая фаланга состоит из двух человек, вторая – из четырёх, число людей в третьей – возрастает до восьмерых, и так каждая последующая всегда превышает предыдущую в два раза’. 5Кроме того, [уже непосредственно перед боем] он приказал, чтобы отряды пращников перешли с флангов за строй воинов, и к ним туда он присоединил ряды лучников. 6И вот, построив всё войско клином, сам он встал за спинами бойцов. Из висевшего у него на шее мешка он достал арбалет, который поначалу показался очень маленьким, но вскоре увеличился настолько, что стал своими плечами выдаваться за оба фланга войска Хадинга. На тетиву он клал сразу по десять стрел68, которые, будучи все разом одним мощным выстрелом выпущены во врага, наносили ему такое же число ран. 7Тогда воины из Бьярмии, оставив своё оружие, прибегли к колдовству: магическими заклинаниями они сделали так, что небо заволокли тучи и ясная погода сменилась проливным дождём. 8Однако старик, в противность им, прогнал громаду дождевых туч своим облаком и с его же помощью унял начавшийся было дождь69.9После того как Хадинг одержал победу, старик покинул его, предсказав, что он погибнет не от вражеской руки, а от своей собственной. ‘Также он велел ему войны ради славы предпочитать мелким и мало кому известным стычкам, а походы в дальние страны – столкновениям с соседями’.

Старик, управляющий кораблем
Старик, управляющий кораблем

{1.8.17} После его ухода Хадинг ‘обманным образом, якобы для переговоров, был приглашён Уффо в Упсалу’. – Оттуда под покровом темноты ему удалось бежать, но в западне погибли все его товарищи. {Коварная уловка свеев против данов}  2Дело в том, что когда даны пытались покинуть покой, где все они были собраны на пиршество, стоявший у выхода человек отрубал голову всякому, кто выходил из дверей. {Светия во второй раз побеждена данами}  3Мстя за это беззаконие, Хадинг в битве настиг Уффо и убил его; после чего, отложив вражду, похоронил его тело в роскошной гробнице, обильным украшением его кургана почтив величие и высокое звание своего врага. 4И получилось так, что кого при жизни он обычно с жгучей ненавистью преследовал, того с большими издержками он почтил после его гибели. 5Желая склонить к себе сердца побеждённого народа, {Хундинг получил королевскую власть}  он поставил над этим королевством брата Уффо Хундинга, ‘желая показать всем, что власть здесь остаётся по‑прежнему в роду Асмунда и не переходит ни к кому из посторонних’.

{1.8.18} После того как его враг погиб, Хадинг долгое время праздно жил в полном бездействии, совершенно забросив ратные дела. Впрочем, в конце концов он посчитал, что чересчур долго занимается земледелием и уже давно не выходил в море. Любя войну более мирных трудов, он принялся укорять себя за бездеятельность следующими словами:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 26 «2Почему я мешкаю, прячась в укромных уголках тенистых лесов? Оставаясь на каменистых холмах, почему я как прежде не плыву по морю? 33авывания волчьей стаи, возносящийся до небес жалобный вой всяких никчёмных зверей и грозное рычание нетерпеливых львов мешают мне спокойно сомкнуть глаза. 4Тоскливые горные хребты и безлюдные [леса] не для тех сердец, что, как считается, [привыкли] к более опасному [времяпрепровождению]a. 5Неподвижные скалы и прочие труднодоступные места не по душе тем, кто любит море. 6Ибо гребцам куда более подобает хвалить свой тяжкий труд во время прибоя, радоваться товарам и добыче, чужими монетами наполнять свои сундукиb и жаждать получить ‘морскую выгоду’c (л. 10)||, чем жить в непроходимых лесах и на бесплодных полянах»}70.

{1.8.19} Тогда его жена, любя сельскую жизнь и испытывая отвращение к утренним крикам морских птиц, объявила, что ей гораздо более по сердцу жизнь в лесу. Она сказала ему следующее:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 27 «2Крики птиц на морском берегу доставляют мне мученияd и своим гомоном они не дают мне уснуть. 3Громкий шум от их постоянной суеты постоянно лишает отдыха ту, кто хочет сладко поспать: ведь ночью мне не дают покояe уткиf, внушая своим громким кряканьем отвращение моему чуткому слуху, а когда я ухожу отдохнуть куда‑нибудь в другое место, морские птицы и там не дают мне восстановить силы, докучая неприятными переливами своих зловещих голосов. 4Гораздо приятнее и комфортнее я себя чувствую в лесу. 5Где <проще>a при свете дня или ночью обрести плоды покоя: здесь или находясь среди волн бушующего моря?»}71.

{1.8.20} {Запятнавший себя злодеяниями Тосто}  В это время также жил некий Тосто; родом из Ютии и будучи при этом человеком довольно низкого происхождения, он был широко известен дикой необузданностью своего нрава. 2‘Своей наглостью и насилием над народом’ он широко прославил свою жесткость и стал настолько известен своей злобой, что получил прозвище «Преступник». 3При этом он не воздерживался и от того, чтобы творить насилия также над иноземцами: страшным образом растерзав своё Отечество, Тосто решил напасть и на Саксонию. 4После сражения, в котором саксонцам пришлось очень тяжело, {Герцог Сифрид}  их предводитель Сифрид запросил мира; Тосто обещал исполнить то, о чём его просили, но взамен он потребовал, чтобы Сифрид заключил с ним союз для войны против Хадинга. 5Тот противился, боясь исполнить это требование, но при помощи страшных угроз Тосто всё же удалось убедить его выполнить то, что он от него хотел. Именно так порой и бывает, когда угрозами значительно скорее достигается то, чего прежде не удалось добиться при помощи ласки.

{1.8.21} Побеждённый им в сражении на суше Хадинг, убегая, проделал дыры в бортах кораблей победителей и сделал их таким образом непригодными к плаванию. Сам же он на лодке уплыл в открытое море. 2Тосто думал, что Хадинг погиб, и долго искал его ‘среди тел погибших’; не найдя его, он вернулся к кораблям и оттуда увидел, как вдали посреди моря на волнах качается утлое судёнышкоb 3Спустив несколько кораблей на воду, он решил преследовать его и на море, но вскоре был вынужден вернуться, едва добравшись до берега из‑за имевшихся на кораблях повреждений. 4Взяв другие, исправные, суда, он снова пустился в погоню. 5Хадинг, видя себя уже схваченным, принялся спрашивать своего спутника, ‘умеет ли он плавать’, а когда тот ответил, что нет, он, отчаявшись спастись бегством, перевернул свою лодку и притаился под ней, тем самым убедив преследователей в своей гибели. 63атем он уже сам напал на беспечного Тосто, застав его врасплох, когда тот ревниво оберегал доставшуюся ему добычуc. Разбив его войско, Хадинг принудил Тосто бросить награбленное и бежать, тем самым сполна отомстив ему за своё бегство.

{1.8.22} Но и Тосто лелеял в душе надежду отомстить за себя. 2И поскольку, ‘потерпев сокрушительное поражение’, он уже не мог набрать новых воинов у себя на родине, под видом посла он направился в Британнию. 3Во время этого плавания, забавы ради, он увлёк своих товарищей игрой в кости, и когда из‑за бросания костей среди них возникла ссора, он устроил всё так, что эта ссора закончилась гибельной для всех них резнёй. 4Таким образом, из‑за этой мирной забавы дух несогласия распространился по всему судну, и шутка породила ссору, а та перешла в кровавую битву. 5И поскольку Тосто умел извлекать пользу из чужого несчастья, забрав деньги убитых, он нанял на них {Колло}  некого знаменитого в те времена морского разбойника по имени Колло72.6Чуть позже Тосто вместе с ним возвратился в Данию, где и погиб, будучи вызван на поединок Хадингом, который предпочёл испытать удачу самому, а не подвергать опасности своих воинов. {Обычай древних военачальников}  7Ведь в прежние времена предводители обычно не желали подвергать опасности всех, если исход сражения можно было решить жребием лишь некоторых.

{1.8.23} После всех этих подвигов Хадингу во сне <явилась>a его покойная супруга и пропела ему следующее:(л 10°6)| |

{Прозаический перевод:|Фр‑т 28 «2Тобой рождено чудовище, которое укротит бешенство диких зверей и чья страшная пасть истребит хищных волков»}.

3А потом добавила ещё несколько слов:

{Прозаический перевод:|Фр‑т 29 «4Будь бдителен; тобой порождена вредоносная птица: желчью – дикий филин, на словах – сладкоголосый лебедь73»}.

5‘Наутро, пробудившись ото сна’, король рассказал о своём видении одному искусному в их толкованиях человекуb.6Тот же объяснил, что волк – это его сын, который будет отважным, а лебедь – это его дочь; и предсказал, что сын принесёт гибель своим врагам, а дочь – предаст своего отца.

{1.8.24} {Коварный замысел Ульвильды против своего отца}  ‘Как он предсказал, так и случилось’. Дело в том, что дочь Хадинга Ульвильдаc, ‘будучи отдана в жёны одному незнатному человеку по имени Гудорм’, то ли стыдясь своего скромного брака, то ли страстно желая королевских почестей, совершенно забыла о своём долге как дочери и всячески побуждала своего мужа убить Хадинга, считая, что лучше быть королевой, чем дочерью короля. 2То, как именно она его убеждала, я решил пересказать здесь, используя почти те же самые слова, которые произносила и Ульвильдаd. Вот, что она говорила:

{1.8.25} {Призывы Ульвильды}  «О горе мне, чьё благородное происхождение опозорено неравным браком! О какое несчастье, свою родовитость я связала с ничтожным простолюдином! 20 бедное потомство государя, по закону брака оно уравнено с плебеями! 3Несчастная дочь короля, её красоту немощный отец предал в презренные объятия простолюдина! 4Несчастное дитя родила ты, моя матушка, ибо моё благополучие разрушено браком; моего чистого тела касается грязный мужлан, моё знатное происхождение портит ничтожество простолюдина, моё благородство опозорено низким званием супруга! 5И если в тебе есть какая‑нибудь энергия, если доблесть завладела твоей душой, если ты чувствуешь себя достойным звания зятя короля, отними верховную власть у своего тестя, возвеличь свой род доблестью, восполни отвагой, то, чего тебе не хватает от рождения, возмести храбростью отсутствие знатной крови в твоих жилах. 6Гораздо почётнее слава, приобретённая отвагой, чем полученная по наследству. 7Лучше достичь власти благодаря своей доблести, чем унаследовать её. 8Более достойно добиться почестей своими заслугами, чем обладать ими по рождению. 9К тому же вовсе не преступление свергнуть старика, который готов рухнуть в бездну от собственного веса. 10Достаточно уже твой тесть посидел на троне; пусть же теперь от старика власть перейдёт к тебе, ведь если она достанется не тебе, она перейдёт к другому. 11‘Всё, что связано со старостью, близко к падению’. 12Довольно он уже поправил; теперь пришёл твой черёд. 13Более мне по душе, чтобы королём был мой муж, чем отец. 14Лучше быть супругой короля, чем его дочерью. 15Лучше обнимать государя дома, чем оказывать ему почести на людях; почётнее быть женой короля, чем его подданной. 16Тебе также следовало бы желать, чтобы скипетр был у тебя, а не у твоего тестя; 17ведь ‘природа побуждает каждого более заботиться о себе самом’. 18Это легко устроить, стоит тебе лишь захотеть. 19Нет ничего, чего нельзя было бы достичь с помощью хитрости. 20Мы устроим пиршество, приготовим яства и позаботимся о том, чтобы пригласить на него моего отца. 21Притворной любезностью мы проторим дорогу для нашего обмана. 22Ведь ничто не скрывает козни лучше, чем родственные узы. 23Добавь к этому, что опьянение Хадинга откроет самый короткий путь к его убийству. 24И когда король полностью погрузится в заботы о своей голове, беседой заняв свой разум, а бородой рукиa, ‘разделяя её спутанные волосы’ ‘острой чесалкой’ или гребнем, пусть тогда он ощутит, как меч пронзает его плоть. 25Ведь тот, кто занят, меньше заботится об осторожности. 26Пусть твоя десница приблизит тебя к искуплению всех твоих грехов. Доброе дело – своей рукой отомстить за тех, кто несчастен».

{1.8.26} Уступив настойчивым увещеваниям Ульвильды, её муж пообещал помочь ей устроить эту ловушку. 2Тем временем Хадинг, после своего сновидения вынужденный остерегаться обмана, будучи приглашён на пиршество, которое его дочь устроила якобы из любви к нему, оставил поблизости свою вооружённую охрану, с тем чтобы эти люди, ‘когда понадобится’, пришли к нему на помощь против врагов. 3В то время пока он ел, участвующий в заговоре сообщник Ульвильды, спрятав оружие под одеждой, молчаливо ожидал удобного момента для совершения своего злодеяния. 43аметив его, король протрубил в рог, подав таким образом знак находившимся поблизости воинам. 5Те тотчас пришли к нему на помощь, и ‘этот обман обратился против того, кто его замыслил’.

{1.8.27} {Гибель короля Светии Хундинга}  Между тем король свеонов Хундинг, получив ложную весть о смерти Хадинга, решил устроить по нему поминки74; собрав лучших людей страны, он приказал выставить для увеселения гостей огромную бочку с пивом, и, чтобы придать этому собранию ещё больше торжественности, он принял на себя обязанности слуги и, не смущаясь, стал разливать всем хмельной напиток. 23анимаясь этим,(л. 11)|| он шёл по дворцу и, оступившись, упал в бочку с пивом и ‘умер, захлебнувшись в нём’75. ‘Тем самым он понёс наказание за свою вину либо перед Орком, за преждевременное совершение похоронных обрядов, либо перед Хадингом, о чьей смерти он сообщил без достаточных на то оснований’. {Смерть короля Дании Хадинга}  3Узнав об этом, Хадинг, намереваясь и почтить того, кто оказал ему столь высокую честь, и равным образом не желая пережить Хундинга, ‘повесился’ на глазах у всего народа76.

Конец Первой Книги.


a(33)

‘а Dan… regum nostrorum stemmata… splendido successionis ordine profluxerunt’ ‑ П. Фишер: ‘from Dan… our royal pedigree flowed in glorious lines of succession’ (именно от Дана и проистекают поколения блистательных потомков наших королей).

a(35)

В А.‑1514, а также, вероятно, у А. Кранца этот параграф следует после 1.3.3; в An он находится на полях с пометкой, что его следует поместить после 1.3.1. В А.‑1514 порядок предложений: 1, 2, 3, 5, 6, 4; исправляю вслед за ОР.‑1931. ‑А.Д.

b(35)

В А.‑1514 предложение 1.3.2.7 читалось после 1.3.1.6; перенесено нами вслед за QR‑1931.‑АД

a(36)

‘Roari’ ‑ так во фрагменте из Анже и у А. Кранца; в А.‑1514: ‘Roarii’ (Роария).

b(36)

‘tum’ ‑ так в Ап; в А.‑1514 отсутствует.

a(37)

‘illaqueata / guttura nexu’ ‑ в пер. И. Г. Матюшиной: «схватит вас за горло».

b(37)

‘Manibus addet / ас dabit Orco’ ‑ в пер. И. Г. Матюшиной: «отправит его к Хель, / присоединит его к теням».

a(38)

Имеется в виду не брат девицы, а великан, с которым она была помолвлена. Гро называет его братом вовсе не как своего возлюбленного, как странным образом предположил Стефаниус; ведь, как известно, девица питала сильное отвращение к браку с ним. В действительности, встретив на дороге чужеземца, выглядящего столь же мерзко, как великан, она посчитала его братом того великана, с кем была обручена, и его вид был ей столь противен, что она захотела скрыться, желая смерти обоим братьям. ‑ Мл.

b(38)

‘remeantes ‑ так в А.‑1514; во фр‑те из Анже: remanentes (остаться).

c(38)

Поначалу Грам старается соответствовать выбранному образу и, чтобы испытать девицу, пытается выдавать себя за брата великана‑йотуна. ‑ Мл.

d(38)

‘Grip’ ‑ по всей видимости ‘Грип’ ‑ это имя великана, с которым была помолвлена девица. Другое объяснение предложил М. Бринольф: произнося эти слова, Грам как бы ненароком показал девице своё настоящее желание и цель, а именно: что он пришёл похитить и избавить её от грозящей ей опасности; посланный (missus), т.е. «побуждённый прийти сюда» не «Грипом» (a Gripo), а «[намерением] похитить её» (а raptu), что и станет окончанием её путешествия. ‑ Мл.

e(38)

Грам, хотя поначалу и принял личину великана, однако вскоре дал понять девице, что не намерен употреблять в отношении неё силу. ‑ Мл.

f(38)

‘impariter ‑ по мнению М. Бринольфа, это наречие указывает на неравенство дочери короля и великана прежде всего по социальному положению.

a(39)

‘eorum’ ‑ испр. в С.‑1644; в А.‑1514: ‘reorum’ (виновных).

b(39)

‘manu’ ‑ испр. в С.‑1644; в А.‑1514: ‘meorum’ (моих).

c(39)

‘uno’ ‑ так в А.‑1514; в С‑1644: ‘vего’ (подлинным).

a(40)

‘beatae’ ‑ это определение палица Грама получила либо благодаря своей богатой отделке, поскольку была окована золотом, либо из‑за своей удачливости, поскольку принесла победу своему обладателю. ‑ Мл.

b(40)

‘pugnaces… artes’ ‑ испр. в С.‑1644, в А.‑1514: ‘pugnaces arces’ (крепости с воинами); под «военным искусством» Саксон понимает прежде всего умение сражаться на поединке.

c(40)

‘hoc agathum’, т. е. agathon (от греч. ‘αγαθόν’). Саксон в не меньшей степени, чем другие средневековые авторы, для того, чтобы продемонстрировать читателю свою эрудицию, вставлял в текст своих стихов отдельные греческие слова. Эти слова он обычно записывал латинскими буквами, откуда, по всей видимости, и возникло слово ‘agathum’. ‑ Мл.

a(41)

Под этими «восемью», очевидно, следует понимать Сварина и его братьев, о которых выше было сказано, что семеро из них родились в браке, а девять ‑ от наложницы. Число восемь получилось у Грама, после того как он прибавил к братьям самого Сварина. ‑ Мл.

b(41)

‘ensiculi’ ‑ грамматич. это слово является уменьшительной формой от ‘ensis’ (меч).

c(41)

Дочь короля Сумбла; см. 1.4.15.2.

a(42)

‘mathematicorum’ ‑ т.е. волшебников и фокусников; ср. в «Кодексе Юстиниана» (IX, 18): ‘De maleficiis et mathematicis’ (О злодеях и математиках). ‑ С.

b(42)

Имеется в виду искусство прорицания (divinandi). Глагол ‘physicare’ (от греч. φυσικε‑ύειν) означает «заниматься науками о природе»; отсюда physiculare ‑ это «заниматься наукой о сокровенной природе вещей». ‑ Cm.

c(42)

Т. е. были вдохновлены пророческим духом. ‑ Мл.

a(43)

‘affluentis’ ‑ испр. в С.‑1644; в А.‑1514: ‘defluentis’ (уменьшающейся).

a(45)

‘tyranno’ (от греч.: τύραννος) ‑ букв.: тиран, господин.

a(46)

‘non acie’‑испр. в С.‑1644; в А.‑1514 бессмысл.: ‘novatiae’. ‑ В переводе Е. Б. Кудряковой: «… к городу Дюна, обнесенному неприступными стенами и охраняемому разрозненными отрядами».

b(46)

‘eique redemptionis nomine corpus suum auro rependendi potestatem fecit’ ‑ в пер. E. Б. Кудряковой: «Назначив выкуп золотом, он позволил ему выкупиться».

c(46)

‘cumque hostem tollere liceret, spiritu donare maluit: adeo saevitiam dementia temperabat’ ‑в переводе E. Б. Кудряковой: «Проявив великодушие, сменив гнев на милость, он подарил ему жизнь».

a(48)

‘labeonem’ ‑ букв.: толстогуб.

a(49)

‘credulitatis’ ‑ испр. в С‑1644; в А.‑1514: ‘crudelitatis’ (жестоким).

b(49)

‘Marte sequi’ ‑ букв.: предать Марсу.

a(50)

Если предыдущие стихи пророчили несчастья данам, то эти сулили смерть вождю свеев. ‑ Мл.

b(50)

Имеется в виду сильный мороз, от которого мокрые паруса застывают и их становится невозможно свернуть. ‑ Мл.

a(51)

Подражая старинной рифме, Саксон активно прибегает к ассонансу и аллитерации; ср. в первой строке: ‘pede ‑ ponto’ ‘teras ‑ tendas’ в четвёртой: ‘rurerues’ в пятой: ‘tibi turbo’ в шестой: ‘tecta tegent’, в седьмой: ‘occidet algu’. ‑ Мл.

b(51)

‘nitherorum’ ‑ так в А.‑1514; в СиС (I,10), в зависимости от рукописи: ‘noricorum’ (норики, т.е. норвежцы) и ‘rutenorum’ (рутены).

a(54)

«Таким образом, я полагаю, что произнося эти слова король Хадинг имел в виду следующее: проводить своё время бродя безо всякой пользы среди горных вершин и пустынных лесов ему не по душе, поскольку он привык к более опасным и славным свершениям, предпочитая те труды, в которых он с большей вероятностью смог бы проявить свою отвагу. В таком же смысле, но употребив более архаический грамматический оборот и эллипсис, я полагаю, он употребил и выражение: ‘pectoribus truciora fisis’, где прич. ’fisis’ образовано от гл. ‘fido, fisus sum’ (доверять, полагаться). Это наблюдение, как кажется, подкрепляют и прочие употреблённые им в этом случае выражения. Т. е. подобно тому, как здесь он говорит: ‘pectoribus truciora fisis’, точно так же чуть ниже он произносит: ‘mentibus aequor amare svetis’. Эллипсисом же эту фразу, по своей грамматическому строению довольно редкую для средних веков, можно назвать, если согласиться с тем, как именно я её реконструировал, рассматривая ‘fisis truciora’ как сокращение от ‘fisis [tolerare, aggredi atque exequi truciora majoraque]’ (считается, что [привыкли оставаться спокойными, когда берутся и совершают куда более опасные и великие дела]); т.е. перед нами конструкция применительно к нормам и практике речи того времени довольно архаичная или во всяком случае не вполне обычная». ‑ Cm.

b(54)

Т. е. проявлять великую изобретательность и настойчивое стремление в охоте и разыскании уцелевшего после кораблекрушений чужого имущества, дабы затем предъявить на него свои права и объявить эти вещи своими, обогатившись таким образом на чужой беде. ‑ Cm.

c(54)

‘aequoreis… lucris’ ‑ имеется в виду та прибыль, которую всякий участник морских походов получает во время продолжительных плаваний и от торговли. ‑ Мл.

d(54)

Имеется в виду, когда она долгое время проводит на берегу моря. ‑ Cm.

e(54)

‘nec… pausare’ ‑ здесь: спать, отдыхать; церковные писатели обычно использовали слово ‘pausantes’ (почившие) для обозначения тех, кто, окончив свою земную жизнь, упокоился в Господе. ‑ Cm.

f(54)

‘mergus’ ‑ букв.: крохали, род птиц семейства утиных; в перев. ОЭ: ‘sea‑mew’ (морские чайки).

a(55)

‘minor ‑ испр. в С.‑1644; в А.‑1514: ‘major’ (труднее), что противоречит и смыслу, и размеру этого стиха.

b(55)

‘myoparonem’ ‑ букв.: миопарон, т. е. небольшое пиратское судно.

c(55)

Смысл этой фразы сводится к тому, что Тосто, словно лежащий на золоте дракон, не терпел разлуки со своей добычей и более заботился о сохранении награбленного во время битвы, чем о том, чтобы добить Хадинга. Последний воспользовался этим и неожиданным нападением разбил врага. ‑ Мл.

a(56)

‘obversata’ ‑ испр. в С.‑1644; в А.‑1514: ‘observata’ (подстерегать).

b(56)

‘cuidam conjecturarum sagaci’ ‑ имеется в виду толкователь снов, который иногда обозначается словом «conjector». Ср. у Квинтилиана (III, 6): «Слово «толкование» происходит от слова «сведение в одно место» (a conjectu), т.е. своего рода «отведения» к истине, почему изъяснителей разных снов мы и называем «толкователями» (conjectores)». ‑ Cm.

c(56)

‘Ulvilda’. См. выше предсказание (1.8.23.2); имя дочери Хадинга, которая повела себя как волчица, также образовано от слова «волк» (Ulfг). ‑ Мл.

d(56)

Этими словами Саксон предваряет следующие сочинённые им самим на латыни строки. Ему, без сомнения, доставляет удовольствие ход их повествования, и к их основному тексту, как видим, он делает ещё и обширные дополнения. ‑ Мл.

a(57)

Саксон живописно изображает королевский досуг под конец пира: хорошо поев, король слушает песнопения скальдов о подвигах героев и играет своей нечёсаной бородой. ‑ Мл.

Комментарии к Книге I

1 {Humblo} Конунг гуннов по имени Хумли (Humla), дед Хлёда, упоминается в «Саге о Хервёр», а также в СЭ (Сага о Хервёр и Хейдрике, 7; Песнь о Хлёде, 1 и сл.).

2 Древняя скандинавская традиция о Дане включала в себя и другие мнения относительно его происхождения. Ср. в ХкиЛ (1,1): «в [одном из] городов Светии [под названием] Упсала жил некий король по имени Иппер, и у него было три сына, из которых первого звали Нори, второго – Эйстен, а третьего – Дан. Последнего из них отец отправил в те земли, которые в настоящее время и называются Дакией, отдав под его власть 4 острова, а именно: Сьяландию, Мён, Фальстер и Лаланд, которые все вместе одним словом назывались ‘Видеслед’», или у СА (гл. 4), у которого конунг Дан Гордый назван преемником короля Уффо. Само имя Дан может происходить от названия р. Днепр. См., например, у Иордана (Гетика, 30): «[Скифия] тянется до… ‘великого того Данапра’ (magnumque illu Danaprum) и до горы Тавра», или в сагах (СЭ: «камень чудесный // ‘в излучинах Данпа’ (а stöðum Danpar)» (Песнь о Хлёде, 8); а также: «Ангантюр велел устроить большой пир в Данпарстадире (Danparstaðir) на хуторе, который назывался Археймар» (Сага о Хервёр и Хейдрике, 11). – Во всяком случае конунг по имени Данп (Danpr) действительно упоминается в скандинавских источниках; см. в КЗ: «Матерью Дюггви была Дротт, дочь конунга Данпа (Danps), сына Рига… Дротт была сестрой конунга Дана Гордого (Dans konungs bins mikilláta), по которому названа Дания» (Сага об Инглингах, 17), или же в выписках А.Йонсона из несохранившейся «Саги о Скьёльдунгах», где король Дан I назван отцом сына Данпа и дочери по имени Дана, которая стала женой Рига и родила Дана II. Помимо этого конунги ‘Дан и Данп’ (Danr ok Danpr) упоминаются также и в СЭ (Песнь о Риге, 48).

3 {Angul} Имя брата Дана у Саксона приведено в форме, близкой к той, которую Беда (1,15) употребляет для обозначения прародины завоевавших Британию англов (Angulus). Между тем, согласно сагам, дядя, а также сводный брат Хлёда носили имя Ангантюр (Angantýr) (Сага о Хервёр и Хейдрике, 6).

4 См. в его сочинении «Об обычаях и поступках первых герцогов Нормандии» (I, 3): «Даки сами себя называют ‘данаями’ или ‘данами’; [при этом] они хвастаются, что происходят от Антенора, который, после того как была разграблена Троя, ускользнул от ахейцев и со своими людьми отправился в пределы Иллирии». – Ср. о том же самом у Гийома Жю‑мьежского: «Среди почти всех прочих варваров готы всегда считались наиболее мудрыми и зачастую очень похожими на греков. Ибо они утверждали, что происходят от бога Марса, которого обычно ублажают пролитием человеческой крови. Они хвастаются, что троянцы происходят из их рода и что Антенор, покинув с двумя тысячами воинов и пятьюстами [прочими благородными] мужами сданный его стараниями город и побывав [за время своих странствий] в самых разных уголках морского побережья, добрался [в конце концов] до Германии и впоследствии стал править в Дакии, где кем‑то из своих сородичей‑данайцев и был провозглашён королём данской марки (Danamarcam). По этой причине даки сами себя и называют данаями или данами. Нордманнами же они зовутся, поскольку на их языке Север называется ‘Норд’, а человек – ‘ман’; поэтому они и называются словом ‘нордманны’, т. е. ‘северные люди’. Впрочем, как бы то ни было, нужно знать, что [на самом деле] даны своё происхождение ведут от гóтов» (Gesta Normanno rum Ducum, 4).

5 Автор ХкиЛ (II, 2–3), напротив, утверждает, что жители Ютии, после того как с помощью Дана ими была одержана победа над войсками Августа, объявили его королём и «отдали под его власть Феонию, Сканию со всеми прочими относящимися к ним островами». См. там же: «И когда король Дан увидел, что та земля, которой он правит, хороша, он призвал к себе своих вельмож и подручных и сказал: «Мне нравится моя страна; каким же именем назовём мы её?». Они же сказали: «Пусть живёт вечно [наш] король! Ты – король Дан, страна же твоя пусть зовётся Данией или Дакией; и пусть это имя не исчезнет вовеки!»».

6 Ср. у Беды (1,15): «Из страны англов, находящейся между провинциями ютов и саксов и называемой Ангулус (Anglus), которая с той поры опустела, вышли восточные англы, средние англы, мерсийцы и весь народ Нортумбрии, то есть те, кто живет к северу от реки Хумбер, а также и другие племена англов». – Имеется в виду совр. обл. Ангельн (Angeln) в Шлезвиге, между Фленсбургским заливом и р. Шлей.

7 См. в его Церковной истории народа англов (I, 15 и сл.).

8 {ex Grytha} В МЭ упоминается наложница Óдина великанша по имени Грид (Griðr), у которой ас Тор останавливался во время своей поездки к великану Гейррёду. Согласно саге, Грид одолжила Тору «свой Пояс Силы и еще свои железные рукавицы и посох, что зовется посох Грид»; её сыном был Видар Молчаливый (Язык поэзии, 26). Согласно ХкиЛ (III, 1), супругой Дана была некая Дания, а их сына звали Ро.

9 {theutones} ‘Тевтонами’ Саксон называет тех, кого ниже делает обитателями Алемании. Этим именем датчане обычно называют своих южных соседей. – Мл.

10 {Humblus} Об этом Хумбле ничего более неизвестно. Впрочем, можно заметить, что у Иордана (Гетика, 79) в генеалогии правителей готов упоминается некий ‘Хулмул’ (Hulmul), приходившийся сыном первому из их предводителей Гапту (Gapt).

11 {Lotherus} В сагах упоминается некий Хлёд (Hlöðr), который был сыном конунга готов Хейдрека и дочери конунга гуннов Хумли по имени Сивка. – Ср.: «Как‑то летом было так, что конунг Хейдрек пошёл со своим войском на юг в Хуналанд и бился с конунгом, которого звали Хумли. Он одержал победу, захватил там его дочь по имени Сивка и забрал её с собой. Но на другое лето конунг отослал Сивку домой. Тогда она была беременной, и этого мальчика назвали Хлёд…И воспитал его Хумли, отец его матери»; чуть ниже в саге он назван ‘Хумлюнгом’ (Humlungr), т. е. потомком и воспитанником Хумли (Сага о Хервёр и Хейдрике, 7). – В так называемом «Первом руническом перечне королей Дании» утверждается, что женой Лодера была некая Ульвильда (Series Runica regum Daniae prima, p. 27).

12 В других источниках о способе избрания королей в Скандинавии рассказывается несколько иначе. – Ср. в ХкиЛ (II, 3): «и когда юты увидели, что Дан муж могучий, отважный и [в обращении с оружием] весьма искусный, они отвели его к камню, который называется «Данерих» (вар.: Danaerich, Danaerygh, Danaerugh, Danarig, Danerliung), поставили Дана на этот камень и провозгласили его своим королём»; у Олава Магнуса (I, 31): «возле уппсальской митрополии есть большой округлый камень, который называется «Морастен» (Morasten). Вокруг него расположены двенадцать [других] камней меньшего размера, и [эти] заострённые камни [как бы] немного выталкивают его из земли. На него в присутствии бесконечного множества простых людей [, как правило,] поднимается всякий, кто хочет, чтобы его избрали новым королём [Светии], после чего, когда он пообещает [усердно] защищать католическую веру, епископы с соблюдением [всех положенных] священных церемоний посвящают его [в это звание]».

13 Согласно сагам, Хлёд (как и его дед Хумли) погиб в битве на Дунхейде, сражаясь со своим сводным братом, конугом готов Ангантюром, от которого он хотел получить причитающуюся ему часть наследства своего отца Хейдрика (Сага о Хервёр и Хейдрике, 7 исл.; СЭ: Песнь о Хлёде, 2 и сл.).

14 {Skyoldus} Согласно «Беовульфу», именно Скьёльд (Скильд Скевинг: Scyld Scefing), а вовсе не Дан был основателем династии датских конунгов (Беовульф, 4); то же самое о нём сообщается и у СА (гл. 1): «Скьёльд (Skjold) был первым, о ком мне известно, что он правил данами. Как нам намекает его прозвище, это столь престижное имя Скьёльд получил из‑за того, что много внимания уделял охране и защите границ своего королевства». Похожие сведения о Скьёльде приводит Снорри Стурлусон; ср. в МЭ: «Óдин пустился в путь на север и достиг страны, которая называлась Рейдготланд…Он поставил правителем той страны своего сына по имени Скьёльд (Skjöldr)…. То, что называлось прежде Рейдготланд, теперь зовется Ютландией» (Пролог, 4), «Скьёльдом звали сына Óдина… Он жил и правил в стране, что теперь называется Данией, а тогда звалась Страной Готов» (Язык поэзии, 52), а также в КЗ: «на ней (т. е. на Гевьюн) женился Скьёльд, сын Óдина. Они жили в Хлейдре» (Сага об Инглингах, 5). – Автор «Саги о Скьёльдунгах» утверждал, что Скьёльд сначала поселился в Ютландии, а затем перенёс свою резиденцию в Летру.

Интересно, что некоторые из англо‑саксонских авторов считают Скьёльда даже предком самого Óдина. Ср. у Этельварда (III, 3): «Кердик, который, одержав победу над войском бриттов, стал первым властелином западных пределов Британии. Его отцом был Элеса, дедом – Эсла…. седьмым его предком был Фридогар…. восьмым – Бальдер, девятым – Воден (т. е. Óдин)…. восемнадцатым – Скильд (Scyld), девятнадцатым – Скеф». У Вильгельма Мальмсберийского, Симеона Дармского, Матфея Вестминстерского к этому добавлено, что Скеф правил в Шлезвиге, который находится в древней Англии.

15 Ср. в КоЗЗ (II, 30): «Сигурд Свиная Голова был великим витязем… Его сыну Херьольву (Herjólfr) было восемь зим, когда он убил лесного медведя за то, что тот на его глазах задрал козу. Об этом была сложена виса…».

См. также в СЭ о конунге Хельги: «медведей убил я // в Брагалунде» (Вторая песнь о Хельги убийце Хундинга, 8).

16 {Attalus et Scatus} Эти два имени происходят от др.‑норв. adj. ‘attal’ (сильный, свирепый) и п. ‘skati’ (поэтическое обозначение конунга или героя). – Конунг Атли (сын Будли, брат Брюнхильд) упоминается в МЭ (Язык поэзии, 48 и сл.), кроме того, воин с таким же именем есть в СЭ (Песнь о Хельги сыне Хьёрварда, 1), в «Саге о Вольсунгах», а также в так называемой «Гренландской песни об Атли»; о конунге Скати по прозвищу Щедрый (Skati mildi) упомиинается в МЭ, где добавлено, что «по его имени [теперь] называют всякого щедрого человека» (Язык поэзии, 81).

17 {Skioldungi} Ср. у СА (гл. 1) о Скьёльде: «благодаря ему [наши] короли от исландцев и получили имя ‘Скьёльдунги’ (Skioldunger)». Также в МЭ: «Óдин поставил правителем той страны (т. е. Рейдготланда) своего сына по имени Скьёльд. Сына Скьёльда звали Фридлейв. Оттуда происходит род, что зовется Скьёльдунгами (Skjöldungar)» (Пролог, 4), и ниже: «Скьёльдом звали сына Óдина, и отсюда пошли все Скьёльдунги» (Язык поэзии, 52).

18 О том, что короли были искусными врачевателями, см., например, в СЭ, где сообщается о том, что Сигурд научился исцелять недуги с помощью трав от Брюнхильд (Пророчество Грипира, 17). О распространённости этого убеждения см. также ниже: 14.28.13.

19 {Gram} В сагах Грам (Gramr) назван сыном Хальвдана Старого и Альвню (вар.: Альвиг Мудрой), дочери конунга Эймунда из Хольмгарда (О Форньоте и его родичах, 2; то же самое в МЭ: Язык поэзии, 80).

20 Ср. в КЗ: «В те времена правитель, который совершал набеги, звался ‘лютым’ (gramr), а его воины – ‘лютыми’ (gramir)» (Сага об Инглингах, 18); также в МЭ о родителях Грама: «Было у них восемнадцать сыновей, и девятеро родилось сразу. Их звали: одного Тенгиль – и он был прозван Манна‑Тенгиль, другого – Рэсир, третьего – Грам, четвертого – Гюльви, пятого – Хильмир, шестого – Ёвур, седьмого – Тюгги, восьмого – Скюли или Скули, девятого – Харри или Херра. Эти девятеро братьев так прославились своими походами, что с той поры во всех преданиях их именами величают, как званиями, конунга или ярла» (Язык поэзии, 80; также см.: О Форньоте и его родичах, 2). – В указанном значении слово Трам’ встречается у скальдов Тьёдольва (Сага об Инглингах, 18), Хорнклови (Сага о Харальде Прекрасноволосом, 11 и 17), Глума сына Гейри (Сага о Хаконе Добром, 10) и Гудхорма Синдри (Сага о Хаконе Добром, 26).

21 {Gro} Похожее имя встречается и в сагах. В СЭ имя Гроа (Groa) носит умершая женщина, которую её сын Свипдаг просит помочь ему своими заклинаниями (см.: Заклинания провидицы Гроа, 1 и сл.); в МЭ, где провидица Гроа названа женой Аурвандиля Смелого, рассказывается о том, как она пыталась с помощью своих заклинаний вытащить точило из головы аса Тора (Язык поэзии, 25).

22 {Sueonum regis Sigtrugi} Это имя известно и по другим источникам. В «Саге о Форньоте» упоминается Сигтрюгг (Sigtryggr) – конунг Аустрвега (Сага о Форньоте и его родичах, 2), Сигтрюгг сын Эйстейна, конунг Хейдмёрка и Раумарики, упоминается в КЗ (Сагао Хальвдане Чёрном, 1).

23 Ср. в СЭ: «Кто там направил // ладью к побережью? // Где вы живете, // смелые воины? // Чего ожидаете // здесь в Брунавагар? // Куда отсюда // вы держите путь?» (Вторая песнь о Хельги убийце Хундинга, 5).

24 Повешение взятых в бою пленников было одним из видов поклонения Óдину. – Ср. в «Беовульфе» (2940–2941), где шведский король Онгентеов, видя, что его лагерь окружён войсками Хигелака, «грозил злосчастным // страшными казнями: // одних он прикажет// зарезать поутру, // других – повесить // на радость воронам // на древе смерти»; также в КЗ об Óдине: «иногда он вызывал мертвецов из земли или сидел под повешенными. Поэтому его называли владыкой мертвецов, или владыкой повешенных» (Сага об Инглингах, 7).

25 Ср. у Фронтина (I, 5.22) о Спартаке: «Он же, будучи заперт проконсулом П.Варинием, воткнул в землю перед воротами столбы с небольшими интервалами и привязал к ним стоймя трупы в одежде и с оружием, так, что на расстоянии они казались заставой, и развел по всему лагерю костры; обманув неприятеля пустыми призраками, он в тиши ночной вывел войско».

26 Сигтрюгг конунг Аустрвега погиб в поединке с Хальвданом Старым (Сага о Форньоте и его родичах, 2), а упоминаемый в КЗ Сигтрюгг сын Эйстейна погиб во время битвы с Хальвданом Чёрным, «когда началось бегство и стрела попала ему под левую руку» (Сага о Хальвдане Чёрном, 1).

27 {Suarinum} В СЭ упоминается топоним Сваринсхауг (Svarinshaugi) (Первая песь о Хельги убийце Хундинга, 31; Вторая песь о Хельги убийце Хундинга, 12).

28 {Suibdagerum} В МЭ о Стране Саксов: «Для надзора над этой страной Óдин оставил там троих своих сыновей. Одного из них звали Вегдег. Он был могучим конунгом и правил Восточной Страной Саксов. Сына его звали Витргильс, и у него были сыновья Витта, отец Хейнгеста^ и Сигар, отец Свебдега, которого мы зовем Свипдаг» (Пролог, 4); обладатели этого имени есть и в КЗ: Свипдаг (Svipdagr) – воин шведского конунга Хуглейка, и Свипдаг Слепой (Svipdags blinda) – воспитатель конунга Ингльяльда (Сага об Инглингах, 22,34 и сл.). Кроме того, о богатырях с таким именем рассказывается в «Саге о Хрольве Жердинке» (18 и сл.) и в СЭ (Песнь о Фйольсвидре, 1 и сл.).

29 Согласно сагам, Грам умер бездетным (МЭ: Язык поэзии, 80; О Форньоте и его родичах, 2).

30 {Guthormus} Король Дании по имени Гудорм (Guthormus) упоминается в анонимном «Перечне и краткой истории королей Дании», в котором он помещён между Грамоми Хаддингом (Series ас brevior Historia Regum Daniae, p. 15); кроме того, его имя (Gutthormus) содержится в «Генеалогии» Аббата Вильгельма, где оно помещено между двумя королями по имени Фродо (Wilhelmi abbatis Genealogia Regum Danorum, p. 177).

31 {Hadingus} Несколько норвежских конунгов с таким именем упоминаются в «Саге о Форньоте»: «Хаддинг (Haddingr), сын Раума, владел Хаддингьядалем и Теламёрком. Его сыном был Хаддинг, отец Хаддинга, отца Хёгни Рыжего. После него государили трое Хаддингов, один после другого. Хельги Человек Хаддингов был с одним из них» (Сага о Форньоте и его родичах, 2).

32 {Wagnophtho et Haphlio gigantibus} Великаны Хавли (Наflі) и Вагнхёвди (Vagnhöfði) упоминаются в МЭ (Список имён, 6 и 20).

33 О том, что Óдин мог видеть будущее упоминается у Снорри Стурлусона в МЭ (Пролог, 4) и в КЗ (Сага об Инглингах, 5).

34 {Harthgrepa Vagnhofthi filia} Троллиха по имени Хардгрейп (Harðgreip) упоминается в МЭ (Список имён, 13).

35 Умение оживлять покойников и заставлять их с помощью заклинаний говорить в сагах, как правило, связывается с Óдином. – Ср. в КЗ: «иногда он вызывал мертвецов из земли или сидел под повешенными. Поэтому его называли владыкой мертвецов, или владыкой повешенных… Всем этим искусствам он учил рунами и песнями, которые называются заклинаниями» (Сага об Инглингах, 7); см. также в СЭ: «Двенадцатым я, // увидев на дереве II в петле повисшего, // так руны вырежу, // так их окрашу, // что он оживет // и беседовать будет» (Речи Высокого, 157).

36 Эти стихи имеют определённое сходство с одной поэмой из СЭ в той её части, где Óдин своими заклинаниями оживляет вещунью и заставляет её рассказать асам о судьбе Бальдра. Ср.: «Что там за воин, // неведомый мне, // что в путь повелел мне // нелегкий отправиться? // Снег заносил меня, // дождь заливал // и роса покрывала, – // давно я мертва» (Сны Бальдера, 4 и сл.).

37 Ср. в валлийском эпосе о Пуйле, короле Диффеда: «Ночью кобыла родила большого и красивого жеребенка, который сразу же встал на ноги. Тейрнион взглянул и подивился на его красоту, и тут вдруг он услышал великий шум, и вслед за этим огромная когтистая лапа просунулась в окно и схватила жеребенка. Тогда Тейрнион выхватил меч и с такой силой ударил по лапе, что часть ее отвалилась и вместе с жеребенком упала к его ногам. И после этого был шум и дикий вой» (Мабиногион, с. 41).

38 Похожим образом появление Óдина описывается и в сагах; ср.: Сага о Рольво Краки, 46; Сага о Вольсунгах, 6,20,22, 35; Сага об Олаве сыне Трюггви, 71. – Сам этот эпизод более всего похож на историю Одда Стрелы, когда тот, оставшись без товарищей, благодаря назвавшемуся Грани (Раудграни) Óдину познакомился с двумя отважными викингами (Сага об Одде Стреле, 19).

39 Ср. с тем, как этот обряд описывается в сагах: «Идут они на самую стрелку косы и вырезают длинный пласт дерна, так, что оба края его соединяются с землей, ставят под него копья с тайными знаками такой длины, что, стоя, как раз можно достать рукою до того места, где наконечник крепится к древку. Им, Торгриму, Гисли, Торкелю и Вестейну, надо было всем четверым пройти под дерном. Потом они пускают себе кровь, так что она течет, смешиваясь, в землю, выкопанную из‑под дерна, и перемешивают все это, кровь и землю. А потом опускаются все на колени и клянутся мстить друг за друга, как брат за брата, и призывают в свидетели всех богов» (Сага о Гисли, 6);

или также: «У знаменитых людей был обычай приносить обет отомстить за того, кто умрет раньше: надо было пройти под тремя пластами дерна, и в том состояла клятва. Действо же было таким, что из земли вырезали три длинных пласта дерна; концы их должны были оставаться в земле, а середина приподнята, чтобы можно было пройти под ними» (Сага о названных братьях, 2).

40 {curetum} Имеются в виду ‘курши’ русских летописей – западнобалтийский народ занимавший земли на южном побережье Балтийского моря между Рижским заливом и р. Неман.

41 Саксон, по всей видимости, рассказывает о том, что Óдин на своём восьминогом коне Слейпнире отвёз спасающегося бегством Хадинга к себе в Вальхаллу, где для погибших в бою героев уже были накрыты столы с яствами и выпивкой.

42 В сагах Óдину приписывалось умение с помощью своих заклинаний освобождаться от оков. Ср. в СЭ: «Четвертое знаю, – // коль свяжут мне члены // оковами крепкими, // так я спою, // что мигом спадут узы с запястий // и с ног кандалы» (Речи Высокого, 149).

43 Ср. с рассказом «Саги о Вольсунгах», где, оказавшемуся в плену у конунга гаутов Сиггейра Сигмунду и девяти его братьям, одели на ноги колодки, после чего каждую полночь к ним из лесу приходила старая волчиха, которая съедала за раз по одному из братьев: «когда настала десятая ночь, послала Сигню верного своего человека к Сигмунду‑брату и дала в руки ему меду и велела, чтоб он смазал лицо Сигмунда, а немного положил ему в рот. …Ночью приходит тут эта самая волчиха по своей привычке, и думала она загрызть его насмерть, как братьев; и тут чует она дух тот медвяный и лижет ему все лицо языком, а затем запускает язык ему в рот. Он не растерялся и прикусил волчице язык. Стала она крепко тянуть и с силой тащить его назад и так уперлась лапами в колоду, что та расселась пополам; а Сигмунд так мощно сжал зубы, что вырвал ей язык с корнем, и тут приключилась ей смерть» (Сага о Волсунгах, 5).

44 Поедание героем внутренностей и крови диких зверей, благодаря чему он обретает небывалую силу, а также прочие сверхъестественные способности, описывается и в сагах (Сага о Хрольве Жердинке, 35; КЗ: Сага об Инглингах, 34; СЭ: Сага о Волсунгах, 19).

45 Согласно представлениям того времени, Геллеспонт (в общем смысле – пролив между Европой и Азией, Греческая империя) начинался где‑то сразу за Балтийским морем, тогда как Скифия лежала значительно дальше на север и восток, чем это было на самом деле. Ср. у АБ (IV, 10): «Эйнхард пишет: ‘От Западного океана на восток протянулся некий залив’. Этот залив местные жители называют Балтийским, потому что он наподобие пояса тянется через области скифов на большое расстояние до самой Греции».

46 {Handuanum; вар.: Anduanum} В СЭ упоминается карлик Андвари (Andvari), который за своё освобождение пообещал отдать асу Локи всё золото, что у него было (Речи Регина, 4).

47 {apud Dunam urbem} Точное местонахождение этого города неизвестно. Вероятно, имеется в виду одно из укреплённых поселений на Западной Двине, бывшей в раннее средневековье одним из главных торговых маршрутов, связывавших Балтику с Чёрным и Каспийским морями. Возможно, это поселение находилось на месте современного г. Даугавпилс (до 1893 г. Динабург‑Dinaburg). Менее вероятным, хотя и более соответствующим контексту, кажется отождествление этого поселения с каким‑нибудь греческим (болгарским?) городом в бассейне Дуная.

48 Ср. в КЗ: «Когда Харальд приплыл на Сикилей, он воевал там и подошел вместе со своим войском к большому городу с многочисленным населением. Он осадил город, потому что там были настолько прочные стены, что он и не помышлял о том, чтобы проломить их. У горожан было довольно продовольствия и всего необходимого для того, чтобы выдержать осаду. Тогда Харальд пошел на хитрость: он велел своим птицеловам ловить птичек, которые вьют гнезда в городе и вылетают днем в лес в поисках пищи. Харальд приказал привязать к птичьим спинкам сосновые стружки, смазанные воском и серой, и поджечь их. Когда птиц отпустили, они все полетели в город к своим птенцам в гнезда, которые были у них в крышах, крытых соломой или тростником. Огонь распространился с птиц на крыши. И хотя каждая птица приносила немного огня, вскоре вспыхнул большой пожар, потому что множество птиц прилетело на крыши по всему городу, и один дом стал загораться от другого, и запылал весь город» (Сага о Харальде Суровом, 6). О похожей военной хитрости рассказывается и в ПВЛ под 6454 (946) г. (Лаврентьевская летопись, стб. 57–60; Ипатьевская летопись, стб. 46–48).

49 {Gutlandiam} Т. е. у острова Готланд в Балтийском море.

50 Ср. в КЗ о языческом капище в Мере: «Когда конунг пришел туда, где стояли боги, там сидел Тор, самый почитаемый из богов, разукрашенный золотом и серебром» (Сага об Олаве сыне Трюггви, 69).

51 О том, что скандинавы всячески украшали своих идолов, жертвуя им, в частности, браслеты (запястья) из драгоценных металлах, сообщается и в сагах. Ср.: «Они идут в лес… и попадают на поляну, а там стоит дом, обнесенный тыном. Дом этот был очень красив, с резьбой, украшенной золотом и серебром…. Там стояло множество идолов… У торцовой стены стояла женщина в богатом убранстве. Ярл распростерся перед ней ниц и долго лежал. Наконец он встает и говорит, что они должны принести ей жертву и положить серебро перед ней на сиденье. «И мы поймем, приняла ли она жертву, – говорит Хакон, – по тому, отпустит ли она запястье, которое у нее на руке» (Сага о Фарерцах, 23).

52 Возможно, Саксон имеет в виду мудрого великана Мимира; ср. в КЗ: «Ваны… схватили Мимира и отрубили ему голову, и послали голову Асам. Óдин взял голову Мимира и натер ее травами, предотвращающими гниение, и произнес над ней заклинание, и придал ей такую силу, что она говорила с ним и открывала ему многие тайны» (Сага об Инглингах, 4).

53 Похожий рассказ встречается и в сагах. Ср. в «Пряди о Сёрли»: «Óдин очень любил Фрейю, а она была самой прекрасной из женщин в то время… Карлики ковали золотое ожерелье, и оно было почти готово. Ожерелье очень понравилось Фрейе, а Фрейя очень понравилась карликам. Она попросила у карликов это ожерелье, предлагая взамен золото, серебро и другие драгоценности. Но они ответили, что не нуждаются в деньгах, и сказали, что каждый из них желает сам продать свою часть ожерелья, и не хотят они ничего иного, кроме как того, чтобы Фрейя провела ночь с каждым из них. И так как она решила, что заполучит его если не лучшим, так худшим путем, то они на том и сошлись. И по прошествии четырех ночей и исполнении всех обязательств карлики преподнесли Фрейе ожерелье» (Прядь о Сёрли, 2).

54 О временном исчезновении Óдина упоминается также в КЗ: «Однажды, когда Óдин отправился далеко и долго был в отлучке, асы потеряли надежду, что он вернется. Тогда братья стали делить его наследство, и оба поженились на его жене, Фригг. Но вскоре после этого Óдин возвратился домой, и он тогда вернул себе свою жену» (Сага об Инглингах, 3).

55 {Pheoniam} Трудно сказать, какую именно территорию – о. Фюн (Fionia) или Финляндию (Finnia) – Саксон имеет в виду в данном случае.

56 О подобном способе борьбы со злыми силами упоминается также и в сагах (Сага о Гретире, 18; Сага о людях из Сварвадардаля, 18).

57 {Vagnoftus} См. выше комм. к 1.5.1.1.

58 ‘Метательное’, т. е. привязанное к руке ремнями {исл.: krokaspiot}; такими копьями вплоть до настоящего времени пользуются гренландцы. – Cm.

59 ОК: Поединок 2‑х колдунов описывается и в «Саге о Стурлауге Трудолюбивом». ‑С другой стороны, подобные состязания неоднократно встречаются и в финнской «Калевале». Наиболее яркий пример: соперничество между калевальцем Вяйнямёйненом и великаном Антеро Випуненом (п. 17). См. также о поединке Вяйнямёнена и Йовкахайнена (п. 3), Лемминкяйнена и хозяина Похьелы (п. 27), Вяйнямёнена и старухи Ловхи (п. 42–43,45‑46).

60 Данный фрагмент имеет несколько параллелей в сагах, где они обычно выступают как часть формулы клятвы о заключении мира. Ср. в так наз. «Мольбе Буслы»: «Сядешь на судно – // снасти порвутся, // крепленья руля // вмиг отлетят, // холст разорвётся, // парус сорвётся, // тугие канаты // все перетрутся, // коль не укротишь // к Херрауду ненависть // и не предложишь // мира для Боси» (Мольба Буслы, 5); а также в «Саге о Греттире»: «Если же кто этот мир нарушит // И обет преступит, // Да будет он отвержен // И изгнан Богом IIИ всем честным народом, // И не найти ему места // Ни в царстве небесном среди праведников, // Ни среди людей, // И будет он отринут повсюду, где // Преступников гонят, // Крещеный люд // Молится в церкви, // Языческий люд // Почитает капища, // Горит огонь, // Родит земля, // Младенец мать кличет // И мать сына нянчит, // Огни разводят, // Плывут корабли, // Блестят щиты // И светит солнце, // Снег лежит, // Финн бежит на лыжах, // Растет сосна, // Сокол летает день‑деньской // И крылья ему вешний ветер держит, // Небо круглится, II Селятся люди, // Ветер гонит // Все воды к морю, // И люди хлеб сеют» (Сага о Греттире, 72).

61 {Frö Deo} Божество с таким именем неизвестно никому из исландцев; впрочем, едва ли им может быть кто‑то другой, кроме Фрейра (Freir) или по‑другому Ингвифрейра (Yngvefreir), одного из самых главных богов, почитание которого было распространено по всей Скандинавии, и особенно – в Упсале. – Мл.

62 {Frøblod} Исландское слово ‘blota’ (от ‘blot’: кровь) означает: 1) прославлять, 2) приносить жертвы, 3) праздновать. Таким образом, ‘fröblod’ – это: 1) жертвоприношение богу Фрейру (Frö), 2) празднование, посвящённое этому божеству (ср. со сканд. праздниками ‘Disarblot’ и ‘Alfarblot’). Слово ‘fröblot’ едва ли можно встретить в древних исландских рукописях, а праздник, на котором следовало совершать жертвоприношения богу Фрейру, назывался иначе: ‘Vernattablot’. – Другой вариант возникновения этих жертвоприношений Саксон приводит ниже, в 3‑й книге (3.2.12). – Мл.

63 Имеются в виду нитеры из Телемаркии.

64 Ср. в СЭ: «Льется с востока // поток холодный, // мечи он несет, – // Слид ему имя» (Прорицание вёльвы, 36).

65 Ахмед Ибн Фадлан (Путешествие на Волгу, 107 и 109) и Лев Диакон (IX, 6) утверждают, что жертвоприношение (отрубание головы) петуха было частью погребального обряда русов.

66 {Byarmensium} Вероятно, имеются в виду родственные финнам обитатели с. Карелии, Кольского полуострова и земель в устье Северной Двины; в первый раз упоминаются в источнике і$онца IX в. (Путешествие Охтхере).

67 В некоторых сагах имеется похожий эпизод, где собирающемуся отомстить за своего отца Сигурду, когда он и его дружина проплывают в бурю мимо какого‑то мыса, встречается старик по имени Хникар (т. е. Óдин), который рассказывает конунгу о том, какие приметы перед сражением предвещают удачу (СЭ: Речи Регина, 16 и сл.; Сага о Волсунгах, 17; Прядь о Норна‑Гесте, 6).

68 Похожий эпизод встречается в «Саге о йомсвикингах», согласно которой колдунья Торгерда (Þorgerði Hörðatröll), появившись по призыву ярла Хакона в самый напряжённый момент битвы, посылала во вражеские корабли столько смертоносных стрел, сколько было пальцев у неё на обеих руках (Сага о йомсвикингах, 34).

69 О власти Óдина над стихией см. ниже комм. к 5.2.4.2. – ОК: Похожий магический поединок за власть над погодой приводится и в «Калевале», где рассказывается о том, как на идущих по морю калевальцев Ловхи напускает непогоду, а Вяйнямёйнен, находящийся на судне, колдовским же образом устраняет её (п. 42) (см. также выше комм. к 1.8.10.2).

70 Диалог Хадинга со своей женой имеет параллель в МЭ, где почти такие же слова приписываются асу Ньёрду и его жене Скади. Ср.: «Не любы мне горы, // хоть я и был там // девять лишь дней. // Я не сменяю // клик лебединый // на вой волков» (Видение Гюльви, 23).

71 Ср. в МЭ ответ Скади: «Спать не дают мне // птичьи крики // на ложе моря, // всякое утро // будит меня морская чайка» (Видение Гюльви, 23).

72 {Collonem} В сагах о древних временах имя Коль (‘Коlr’, т. е. Уголь) встречается довольно часто; обычно им называются самые отважные воины, но при этом, в отличии от Саксона, весьма низкого социального положения, нередко – рабы (Сага о Торстейне сыне Викинга, 2; Сага о Хальвдане Эйстейнсоне, 2 и сл.; Сага о Стурлаге Трудолюбивом, 6).

73 Согласно общему для исландцев представлению, лебеди во сне обозначают женщин (Сага о Гуннлауге змеином языке, 2; Сага о людях из Флой, 24). – Мл.

74 В обычаях скандинавов было устраивать торжественное погребальное пиршество в честь умершего; его название – ‘Arveöl’ – связано с полученным по наследству пивом, многочисленные виды которого наследники умершего попеременно выносили гостям в качестке угощения. – Мл.

75 Ср. в КЗ о конунге шведов, союзнике датского конунга Фроди Миротворца Фьёльнире: «когда Фьёльнир отправился к Фроди на Селунд, там были сделаны приготовления к большому пиру и созваны гости со всех стран. У Фроди были просторные палаты. В них был огромный чан, высотой в много локтей и скрепленный большими бревнами. Он стоял в кладовой, и над ним был чердак, а в чердаке пола не было, так что лили прямо сверху в чан, и он был полон меда. Это был очень крепкий напиток. Вечером Фьёльнира и его людей провели на ночлег на соседний чердак. Ночью Фьёльнир вышел на галерею по нужде. А был он сонный и мертвецки пьяный. Возвращаясь туда, где он спал, он прошел вдоль галереи и вошел в другую дверь, оступился там и свалился в чан с медом и там утонул» (Сага об Инглингах, 11).

76 Ср.: «Когда Эйвинд Сорквер услышал о смерти Ингемунда, он сказал своему воспитаннику: «Смотри, что я сейчас сделаю, после чего ступай к моему другу Гёту и расскажи ему о том, что увидел. Скажи ему, что и сам он должен поступить точно так же». Затем он вынул спрятанный в плаще меч, пронзил им себя и умер. Узнав об этом, Гёт сказал: «Он отказался от жизни из‑за друзей. И мне по душе совет моего друга». После чего он пронзил себе грудь мечом и испустил дух» (Сага о людях из Озёрной долины, 23). – Уход из жизни через повешение может указывать на посвящение Хадингом своей жизни Óдину (см. выше: 1.8.16.9), который, как известно, «иногда… сидел под повешенными» и которого «поэтому называли владыкой мертвецов, или владыкой повешенных» (Сага об Инглингах, 7).


Оставить комментарий