Элитный блок ссылок. Заказ качественной рекламы ЗДЕСЬ!
☭ ☭
Уважаемый посетитель! Этот замечательный портал существует на скромные пожертвования.
Пожалуйста, окажите сайту посильную помощь. Хотя бы символическую!
Я, Дамир Шамарданов, благодарю за вклад, который Вы сделаете.


В последнее время форма пожертвований ЮMoney работает плохо. К сожалению...
Вы можете просто пополнить карту 4048 0250 0061 4225
Благодарю за вклад!

Владимир Владимирович Софроницкий — Александр Николаевич Скрябин, слушать онлайн, скачать mp3

СССР, Мелодия, 1961 год, каталожный номер Д-06937-8.

Скачать.
Пароль на архив
shamardanov.ru

1 сторона.
01.Прелюдии
до мажор, соч. 13 № 1
ля минор, соч. 11 № 2
соль мажор, соч. 13 № 3
ре мажор, соч. 11 № 5
ля мажор, соч. 15 № 1
ми мажор, соч. 11 № 9
до диез минор, соч. 22 № 2;
си мажор, соч. 22 № 3
соль диез минор, соч. 16 № 2
соль бемоль мажор, соч. 16 № 3
ми бемоль минор, соч. 16 № 4
ре бемоль мажор, соч. 11 № 15
си бемоль минор, соч. 11 № 16
си бемоль мажор, соч. 11 № 21
соль минор, соч. 11 № 22
ре минор, соч. 11 № 24
2 сторона.
02.Поэма, соч. 52 № 1
03.Поэма, соч. 59 № 1
04.Окрылённая поэма, соч. 51 № 3
05.Поэма томления, соч. 52 № 3
06.Сатаническая поэма, соч. 36
07.Девятая соната, соч. 68
08.Хрупкость, соч. 51 № 1
09.Листок из альбома, соч. 45 № 1
10.Мазурка ми минор, соч. 25 № 3
11.Этюд до диез минор, соч. 42 № 5

Владимир Владимирович Софроницкий бесспорно принадлежит к числу любимейших в нашей стране пианистов. Любовь эту он внушает не только широчайшим массам слушателей, но и строгим ценителям-профессионалам, музыкантам вообще, пианистам в частности… Я с радостью посвятил бы Софроницкому целую книгу, ибо я знаю мало пианистов, которые на протяжении десятков лет так глубоко меня занимали, пробуждали столько чувств и дум, так часто меня восхищали, просто были бы таким значительным событием в моей художественной жизни…
Впервые я увидел и услышал Владимира Владимировича в доме ныне покойного профессора Московской консерватории Анны Павловны Островской. Он много играл, преимущественно Скрябина, играл чудесно, обаятельно, и сам был при этом красив, как юный Аполлон!
Я, не сопротивляясь, сразу подпал под его очарование, от которого уже никогда не освобождался, да, впрочем, никогда и не стремился к этому. Мне тогда же ста\о ясно, что слухи о нем оправданны, что это явление исключительное.
…Его игра вызывала какое-то особое, обостренное чувство красоты, сравнимое с красотой и запахом первых весенних цветов — ландыша или сирени, которые трогают не только сами по себе, но и как ожившее воспоминание о столько раз и всегда заново, всегда в первый раз пережитом и испытанном… Иногда эта красота приобретает у Софроницкого причудливые очертания орхидей, морозных узоров на окне в январскую стужу, сказочность северного сияния… Печать чего-то необыкновенного, иногда почти сверхъестественного, таинственного, необъяснимого и властно влекущего к себе всегда лежит на его игре… Его изощренность, не терпящая ничего грубого, крикливого, назойливого, слишком чувственного, слишком прямолинейного, слишком общедоступно! о и «обязательного» (пусть даже в лучшем смысле), не имела и не имеет ничего общего с болезненной утонченностью художников, отворачивающихся от жизни и ее правды.
Софроницкий прошел прекрасную пианистическую школу. Начав в детстве заниматься у знаменитого варшавского пианиста Александра Михайловского, крупного виртуоза и тонкого исполнителя Шопена, он впоследствии окончил Ленинградскую (Петроградскую) консерваторию у одного из виднейших наших профессоров, воспитателей талантливой пианистической молодежи, — у Л. В. Николаева. Оба учителя прививали молодому Софроницкому любовь к законченности отделки, безупречности техники, красоте звука и музыкальной фразы. Впрочем, думаю, что этими качествами пианист обладал «от рождения», и хорошая школа только успешно развивала его природные данные…
Известность пришла к Владимиру Владимировичу рано (ему было приблизительно лет 20), но не носила того эпатирующего «сногсшибательного» характера, который преобладает в начальной биографии многих выдающихся пианистов-виртуозов…
Круг его почитателей, начав с самых тонких, взыскательных ценителей музыки и фортепианного искусства, постепенно и закономерно расширялся, достигнув уже через несколько лет огромных размеров. На моей памяти любой концерт Софроницкого проходил неизменно при переполненном зале и при самых горячих и искренних овациях аудитории. Глубокое проникновение в свои творческие замыслы, умение передать какую-то «тайную черту» исполняемого, что-то свое, бесконечно свое, личное, пережитое, подслушанное где-то в глубоких и «темных» тайниках своей души, — вот что всегда привлекает и восхищает слушателя.
Можно с ним «не соглашаться», как принято говорить (ведь восприятие искусства так же бесконечно и разнообразно, как само искусство), но не внимать ему нельзя и, внимая, нельзя не почувствовать и не осознать, что искусство это замечательное, уникальное, что оно обладает теми чертами высшей красоты, которые не так уж широко распространены на нашей планете.
Черты эти вы найдете в любом произведении любого автора, играемого Софроницким. Я не хочу этим выразить довольно трафаретное суждение, что он «одинаково хорошо» играет любого автора. Что значит «одинаково хорошо» и для кого «одинаково хорошо»? Его репертуар огромен, как, впрочем, у всех действительно больших пианистов. Вспомните при этом, как по-разному он играет и играл на протяжении десятилетий одни и те же вещи! И все-таки после нескольких тактов всегда можно было узнать, что играет именно Софроницкий.
Много лет тому назад я написал, что, слушая его, поневоле вспоминаешь слова Гераклита: дважды не вступишь в одну и ту же реку. Это действительно так. Блок как-то писал, что Врубель сорок раз рисовал и перерисовывал голову своего падшего демона и что некоторые варианты были гораздо лучше того окончательного, который мы видим в Третьяковской галерее. Явление это в точности напоминает мне то, что происходит с Софроницким, когда он в 50-й или 100-й раз играет какой-либо ноктюрн Шопена или 12-й этюд Скрябина из опуса 8. Тут не только та вечная неудовлетворенность, я бы сказал «ненасытность» настоящего художника, которая обычно именуется (•поисками» (хотя в этих поисках гораздо больше находок, чем даже в лучших находках менее одаренных художников),—тут, кроме всего, — я говорю о Софроницком — властвует закон концертного исполнения — закон мгновения, закон данной минуты, данного душевного состояния, данного переживания, который, как бы ни был высок стандарт художника в целом, непременно скажется на исполнении…
…Я с трудом назову другого художника-исполнителя, который умел бы так перевоплощаться, так изменяться, оставаясь всегда верным себе, всегда искренним, не заимствуя ничего извне… В этой «многоликости» Софроницкого, если допустимо такое выражение, я усматриваю высокое качество его искусства — оно говорит о богатстве его фантазии, о неисчерпаемом импровизационном даре, а ведь это самые необходимые, самые лучшие свойства исполнителя.
Многие считают Софроницкого по преимуществу лириком. Может быть, это и так, но тогда хочется высказать еретическое суждение, что, вероятно, музыка целиком по преимуществу «лирика». С каким демонизмом этот «лирик» исполнял еще в молодости «Мефисто-вальс» Листа! Какие он умеет выявить драматические коллизии в таких произведениях, как Фантазия f-moll Шопена, Соната fis-moll Шумана.
Когда вспоминаешь жизненный путь Софроницкого, вспоминаешь десятки, сотни его чудесных концертов, хочется поговорить о столь многом, о столь разнообразном, что поневоле «глаза разбегаются», чувствуешь полную невозможность выразить это словами и опять и опять вспоминаешь Гамлета — слова, слова, слова… Не лучше ли замолчать. Скажу лишь, если мне дозволено выразить одно сугубо личное впечатление, что из всего огромного количества слышанных мною в исполнении Софроницкого произведений мне как-то особенно, действительно на всю жизнь запомнились следующие сочинения: Десятая соната Скрябина, 24 прелюдии Шопена ор. 28 (это было давно-давно, вероятно, лет 25 тому назад), Sposalizio Листа, 8-й (fis-mollный) новелетт Шумана, «Сарказмы» Прокофьева, Ноктюрн Шопена F-dur, «Сатаническая поэма» Скрябина. С этими сочинениями для меня навсегда связалось незыблемое, прочное и незабываемое ощущение: мир совершенен, мечта стала действительностью — и хотелось вместе с Фаустом воскликнуть «Остановись, мгновение» — пусть даже с риском разделить судьбу Фауста… Я не преувеличиваю — такие моменты, такие встречи с искусством, с «гением красоты» принадлежат к самому редкому, самому прекрасному, что можно испытать в жизни.
…Многие считают, да и я сам иногда думал, что Софроницкому лучше «удаются» (какое несимпатичное выражение!) пьесы небольшие, чем большие, «длинные», особенно если они написаны в сонатной, циклической форме. Может быть…
Но вспомним те ослепительные «протуберанцы красоты», которые поминутно выбрасывает солнце Софроницкого — с чем еще можно их сравнить! И разве не заставляют они забывать о всяких кругозорах, формах циклических и нециклических— Ведь бывают же мгновенья, которые ценнее и прекраснее многих лет жизни…
Итак — за красоту, за искусство Софроницкого! Слава ему, бесподобному поэту фортепиано!
Генрих Нешгауз
Статья «Владимир Софроницкий», газета «Советская культура» 27/V-1961 г.

Если Вам попался запороленный архив, а пароль я не указал, то на всякий случай сообщаю, что пароль у всех архивов одинаковый - это домен сайта - shamardanov.ru

Связь с владельцем сайта возможна через электронную почту.

ВНИМАНИЕ! Если какое-то конкретное видео не показывается, или какая-нибудь книга (музыка) не скачиватеся, сообщите мне, пожалуйста! Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ПЕРЕЗАЛЬЮ!

© Портал Дамира Шамарданова. 2010-2022.

Подробнее в Классическая, Музыка
Лютневая музыка эпохи Возрождения, слушать онлайн, скачать mp3

Леонид Ильич Брежнев — Малая земля (читает Юрий Иванович Каюров), слушать онлайн

Музыка
Фу Тун Вонг — Рапсодия Тайваня, слушать онлайн

Закрыть